Сотников, часть 2

двери:

   - Можно?

   Будто во сне, предчувствуя, как сейчас окончательно рухнет ирассыплется вся его жизнь, Рыбак переступил порог и вперся взглядом вмогучую печь-голландку, которая каким-то недобрым предзнаменованием всталана его пути. Ее крутые черного цвета бока всем своим траурным видомнапоминали нелепый обелиск на чьей-то могиле. За столом у окна стоялщупловатый человек в пиджаке, он ждал. Рыбак остановился у порога,подумав, не тот ли это полицай-следователь, о котором говорил староста.

   - Фамилия? - гаркнул человек.

   Он был явно рассержен чем-то, его немолодое личико недобро хмурилось,взгляд исподлобья жестко ощупывал арестанта.

   - Рыбак, - подумав, сказал арестант.

   - Год рождения?

   - Девятьсот шестнадцатый.

   - Где родился?

   - Под Гомелем.

   Следователь отошел от окна, сел в кресло. Держал он себя настороженно,энергично, но вроде не так угрожающе, как это показалось Рыбаку вначале.

   - Садись.

   Рыбак сделал три шага и осторожно опустился на скрипучий венскийстульчик напротив стола.

   - Жить хочешь?

   Странный этот вопрос своей неожиданностью несколько снял напряжение,Рыбаку даже послышалось в нем что-то от шутки, и он неловко пошевелился настуле.

   - Ну кому ж жить не хочется. Конечно...

   Однако следователь, кажется, был далек от того, чтобы шутить, и впрежнем темпе продолжал сыпать вопросами:

   - Так. Куда шли?

   Энергичная постановка вопросов, наверное, требовала такого же темпа вответах, но Рыбак опасался прозевать каком-либо подвох в словахследователя и несколько медлил.

   - Шли за продуктами. Надо было пополнить припасы, - сказал он иподумал: "Черт с ним! Кто не знает, что партизаны тоже едят. Какая тутможет быть тайна?"

   - Так, хорошо. Проверим. Куда шли?

   Было видно, как следователь напрягся за столом, пристально вглядываясьв малейшее изменение в лице пленника. Рыбак, однако, разгладил на коленеполу полушубка, поскреб там какое-то пятнышко - он старался отвечатьобдуманно.

   - Так это... На хутор шли, а он вдруг оказался спаленный. Ну, пошликуда глаза глядят.

   - Какой хутор сожжен?

   - Ну тот, Кульгаев или как его? Который под лесом.

   - Верно. Кульгаев сожжен. Немцы сожгли. А Кульгай и все кульганятарасстреляны.

   "Слава богу, не придется взять грех на душу", - с облегчением подумалРыбак.

   - Как оказались в Лесинах?

   - Обыкновенно. Набрели ночью, ну и... зашли к старосте.

   - Так, так, понятно, - соображая что-то, прикинул следователь. -Значит, шли к старосте?

   - Нет, почему? Шли на хутор, я же сказал...

   - На хутор. Понятно. А кто командир банды? - вдруг спросил следователь