Сотников, часть 1

трактор, гаубица опрокинулась, задрав вверх колесо. Утро осветилось яркимпламенем горящих тракторов, посадки застлало соляровым дымом - танкирасстреливали полк на дороге.

   Это было наихудшее, что могло случиться, - они погибали, а вся ихогневая мощь оставалась почти неиспользованной. Поняв, что им отведенонесколько скупых секунд, Сотников с расчетом кое-как развернул прямо надороге последнюю уцелевшую гаубицу и, не укрепляя станин, едва успевсодрать чехол со ствола, выстрелил тяжелым снарядом. Сначала нельзя было иразглядеть, где те танки: головные в колонне машины горели, уцелевшиебойцы с них бежали назад, дым и покореженные трактора впереди мешалиприцелиться. Но полминуты спустя между вербами он все же увидел первыйнемецкий танк, который медленно полз за канавой и, свернув орудийныйствол, гахал и гахал выстрелами наискосок по колонне. Сотников оттолкнулнаводчика (орудие было уже заряжено), дрожащими руками кое-как довернултолстенный гаубичный ствол и наконец поймал это еще тусклое в утреннейдымке страшилище на перекрестие панорамы.

   Выстрел его грохнул подобно удару грома, гаубица сильно сдала назад,больно ударила панорамой в скулу; внизу, из-под незакрепленных сошников,брызнуло искрами от камней, одна станина глубоко врезалась сошником вбровку канавы, вторая осталась на весу на дороге. Сквозь пыль, поднятуювыстрелом, он еще не успел ничего разглядеть, но услышал, как радостнозакричал наводчик, и понял, что попал. Он тут же опять припал к панораме -едва не закрывая собой все ее поле зрения, за дорогой двигался второйтанк, комбат вперил гаубичный ствол в его серое лбище - так близко тотказался в оптике - и крикнул: "Огонь!" Замковый отреагировал вовремя,выстрел опять оглушил его, но в этот раз он успел уклониться от панорамы иза пылью перед стволом увидел, как то, что за секунду до выстрела былотанком, хрястнуло, будто яичная скорлупа, и от мощного внутреннего взрывачастями развалилось в стороны. Неповоротливая, тяжелая, предназначеннаядля стрельбы из далекого тыла гаубица своим мощным снарядом разнесла танквдребезги.

   Неожиданно их охватил азарт боевой удачи. Уже не обращая внимания напотери, на убитых и раненых, что, истекая кровью, корчились на пыльномбулыжнике, на огонь, пожиравший их технику, и град пуль оттуда, из танков,несколько уцелевших расчетов вступили в неравный бой с танками. Темвременем рассвело, уже стало видать, куда целиться. Несколько пожаровдымно пылали за дорогой: немецкие машины горели.

   Сотников выпустил шесть тяжелых снарядов и разнес вдребезги еще дватанка. Но какое-то подсознательное, обостренное опасностью чувствоподсказало ему, что удача кончается, что судьбой или случаем отпущенныесекунды использованы им полностью, что следующий, второй или третий снарядиз танка будет его. Впереди живых, наверное, уже не осталось, последнимпритащился оттуда и упал, обливая кровью станину, командир полка; рядом вканаве бахали из карабинов несколько бойцов - метили в танковые щели.Возле ящиков уткнулся головой в землю заряжающий Коготков, сзади никогобольше не было. Тогда Сотников на четвереньках сам бросился к снарядному