Сотников, часть 1

   - А что ж! Поесть бы только...

   Но и упоминание о еде никак не подействовало на Сотникова, которыйопять начал отставать, и Рыбак, замедлив шаг, оглянулся.

   - Знаешь, вчера вздремнул на болоте - хлеб приснился. Теплая буханка запазухой. Проснулся, а это от костра пригрело. Такая досада...

   - Не диво, приснится, - глухо согласился Сотников. - Неделю на паренойржи...

   - Да уж и паренка кончилась. Вчера Гронский остатки роздал, - сказалРыбак и замолчал, стараясь не заводить разговора о том, что в этот раздействительно занимало его.

   К тому же становилось не до разговоров: кончался лес, дорога выходила вполе. Далее по одну сторону пути тянулся мелкий кустарник, заросли лознякапо болоту, дорога от которого круто сворачивала на пригорок. Рыбак ждал,что из-за ольшаника вот-вот покажется дырявая крыша пуньки, а там, заизгородью будет и дом с сараями и задранным журавлем над колодцем. Еслижуравль торчит концом вверх - значит, все в порядке, можно заходить; еслиже зацеплен крюком в колодезном срубе, то поворачивай обратно - в домечужие. Так, по крайней мере, когда-то условились с дядькой Романом.Правда, то было давно, с осени они сюда не заглядывали - кружили в другихместах, по ту сторону шоссе, пока голод и жандармы опять не загнали ихтуда, откуда месяц назад выгнали.

   Скорым шагом Рыбак дошел до изгиба дороги и свернул на пригорок. Волчийслед на снегу также поворачивал в сторону хутора. Очевидно чувствуяблизость жилья, волк осторожно и нешироко ступал обочиной, тесноприжимаясь к кустарнику. Впрочем, Рыбак уже перестал следить за дорогой -все его внимание теперь было устремлено вперед, туда, где кончалсякустарник.

   Наконец он торопливо взобрался по склону на верх пригорка и тут жеподумал, что, по-видимому, ошибся - наверно, хуторские постройки былинесколько дальше. Так нередко случается на малознакомой дороге, чтонекоторые участки ее исчезают из памяти, и тогда весь путь сдается короче,чем на самом деле. Рыбак еще ускорил свой шаг, но опять начал отставатьСотников. Впрочем, на Сотникова Рыбак уже перестал обращать внимание -неожиданно и как будто без всякой причины им завладела тревога.

   Пуньки все еще не было в ночной серости, как не было впереди и другихпостроек, зато несколько порывов ветра оттуда донесли до путниковгорьковато-едкий смрад гари. Рыбак сначала подумал, что это емупоказалось, что несет откуда-то из леса. Он прошел еще сотню шагов, силясьувидеть сквозь заросли привычно оснеженные крыши усадьбы. Однако егоожидание не сбылось - хутора не было. Зато еще потянуло гарью - не свежей,с огнем или дымом, а противным смрадом давно, остывших углей и пепла.Поняв, что не ошибается, Рыбак вполголоса выругался и почти бегомприпустил серединой дороги, пока не наткнулся на изгородь.

   Изгородь была на месте - несколько дар перевязанных лозой кольев сжердями криво торчали в снегу. Тут, за полоской картофлянища, и стоялакогда-то та самая пунька, на месте которой сейчас возвышался белыйснеговой холмик. Местами там выпирало, бугрилось что-то темное -