Пойти и не вернуться, часть 2

подумала: перевалится еще и Салей, и приготовилась оказаться последней. НоСалей не стал ее обгонять, он упорно полз сзади. Антона она уже не видела,она безнадежно отставала и, чтобы убедиться, что она пропала, набраласьрешимости и выглянула из канавы.

   Вправо ничего не было видно - все-таки их прикрывала невысокая насыпь"железки", зато одного взгляда влево было достаточно, чтобы похолодеть отстраха. Совсем недалеко впереди с поперечной дороги тянулось к "железке"несколько возов с седоками. Пока они, наверно, ничего не замечали вканаве, но, подъехав ближе, несомненно, увидят в ней все. Сержант,по-видимому, рванулся проскочить раньше, может, под носом у этих саней, нопроскочить он уже не успеет. На несколько коротких секунд Зоська обмерлаот увиденного, не имея сил догнать ушедших вперед и не зная, что делать.Хватая ртом воздух, она лежала ничком в канаве, пока не почувствоваласильный толчок в сапог.

   - Бягом! Бягом, ты, не видишь?! - прикрикнул на нее Салей, и онавскочила.

   Низко пригнувшись, она побежала в канаве за уходящими к сосняку тремяфигурами сержанта, Пашки и Антона, охваченная единственной целью -догнать. Самое страшное тетерь для нее было отстать, потерять тех, от когоеще десять минут назад она готова была сбежать. Теперь она видела в нихединственную для себя защиту, потеряв которую, была обречена в этом поле.

   Однако бежать было ненамного легче, чем ползти, она совершенновымоталась и загнанно дышала открытым ртом. Сильно пригибаясь, она немогла видеть вправо, откуда как-то угрожающе гулко бабахнул первыйвинтовочный выстрел. Она не знала, стреляли по ней или, может, по тем, чтоушли вперед, но она сразу упала, тут же вскочив от сердитого крика Салея:

   - Бягом ты, раззява, туды-т твою мать!..

   Не зная, кого больше опасаться - тех, что открыли огонь за насыпью, илисовсем уже близко подъехавших по дороге, она, заплетаясь ногами, сновапобежала по истоптанной следами канаве. Ушедших вперед она уже не видела,перед ее лицом лишь мелькал разрытый ногами снег, и она, низко склоняясь,бежала по этому снегу. Но выстрелы из-за насыпи загремели чаще, одна пуля,видимо, попав в рельс, с пронзительным треском обдала ее щебенкой иснегом. Но Зоська не упала. Она только удивилась, увидев невдалеке покювету попадавших партизан. Кажется, однако, они были живы, и Пашка дажестрелял через насыпь, остальные просто устало лежали. Зоська тоже упалавозле знакомых растоптанных сапог Антона. Несколько минут хватала ртомвоздух и слушала. Сержант все ругался, остальные молчали. Кажется, впередходу не было, путь к лесу уже был отрезан. Выпустив куда-то обойму, Пашкасполз задом с насыпи и убрал за собой винтовку.

   - Собаки! - сказал он и вздрогнул от близко ударившей пули.

   - Что? - спросил сержант, с потным, раскрасневшимся лицом лежавший набровке канавы.

   - Вон, к лесу бегут!

   Как поняла Зоська, это было и еще хуже. Если бегут к лесу, значит,хотят перехватить их на опушке. Куда же тогда им податься?

   - А ну, дай! - протянул руку сержант и схватил у Пашки винтовку. -