Пойти и не вернуться, часть 2

   Миновав рощу, они долго брели по голой снежной равнине неизвестно куда.Антон давно уже не узнавал местности, наверно, он здесь никогда прежде небыл, и шел наугад. Снегопад не прекращался. Снежная крупа с ветром стегалас обеих сторон, чаще, однако, заходя сзади, и он думал, что направлениевыдерживает правильно. Видимость была скверная, а среди равнинного поля ивовсе ничего не стало видать - в сплошной белой мгле лишь мелькали,крутили, носились снежинки. Но вот чуть в стороне что-то засерело неяснымокруглым пятном - показалось, стожок или, может, скирда соломы. Однаковглядевшись, Антон догадался, что это - одинокое дерево в поле. Подумав,что пора отдохнуть, он свернул к этому дереву и, немного пройдя, сквозьсеть снегопада увидел вдали и другое высокое дерево, а за ним ряд деревьевпониже, приземистые силуэты построек, соломенную крышу с трубой. Похоже,они вышли к деревне. Деревня теперь была кстати, в ней, наверно, придетсяоставить Зоську. Но - если бы ночью. Днем появляться в незнакомой деревне- всегда большой риск, тем более под носом у немцев.

   Широко ступая в неглубоком снегу, Антон подошел к дереву и остановился.Это была роскошная груша-дичок с богатой, прямо-таки художественносформированной кроной, раскинувшаяся на меже двух земельных владений. Нижепод деревом, полузаметенная снегом, горбилась большая куча камней,собранных с этого поля. На языке местных крестьян она называлась крушней.Если присесть пониже, за крушней можно было укрыться от ветра ипостороннего глаза, другого укрытия поблизости не было.

   - Вон деревня, видишь? - кивнул он Зоське, когда та притащилась кдереву.

   - Княжеводцы, - каким-то странно изменившимся голосом тихо сказалаЗоська, и Антон, внимательно посмотрев на нее, догадался: это от опухоли,уже охватившей всю правую сторону ее лица.

   - Что, знакомая деревня?

   - Знакомая. Летом тут у подруги была...

   - Вот и хорошо. Будет где перепрятаться. Потемнеет - пойдем. А покасадись, надо ждать.

   Он вывернул из-под снега большой плоский камень на краю крушни, иЗоська с готовностью опустилась на него, уронив на руки голову ее левой,здоровой, стороной.

   - Ляснуло твое задание, - сказал Антон, садясь на другой камень рядом.- И мое тоже. Что теперь делать?

   Зоська, тихо постанывая, молчала, и он, приоткрыв затвор, заглянул вмагазинную коробку винтовки. Там было всего два патрона и стреляная гильзав патроннике. Гильзу он выбросил на снег, патроны утопил глубже в коробку.Два патрона, конечно, мало, почти ничего, разве что на крайний,критический случай. Хорошо, однако, что раздобыл винтовку. Правда, самедва не угодил в полицейские лапы, но винтовочку все-таки прихватил. Жаль,не успел поворошить у Салея в карманах, наверное, там нашлась бы лишняяобойма. Но и так едва добежал до опушки. Во всяком случае, с винтовкой ужеможно будет возвратиться в отряд. Только что он скажет в отряде о своемтрехдневном отсутствии?

   Черт, как нескладно все получилось!

   И надо же было ему выбрать такой неподходящий момент, нет чтобы