1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Одна ночь

подвала появился выход, и все стало другим. Там было только его уставшее,немолодое лицо, подсвеченное тусклым огоньком из зажигалки, - теперь жеперед ним сидел немецкий солдат в пропыленном, с оторванным погономкителе, в характерных солдатских сапогах. Рядом валялась его каска с орлому козырька, не хватало только немецкого автомата. ППШ Волоки лежал чутьдальше, и Иван по солдатской привычке потянулся к нему, подцепил за ременьи подвинул к себе. Магазин заскрежетал по бетонному полу, и немец вдруг,прервав спокойное дыхание, проснулся.

   Сначала он будто испугался, заморгал глазами, а затем, узнав Ивана,несколько удивленно сказал:

   - О, Иван лебенд? Гут, гут.

   Заметив, что боец подтянул поближе свой автомат, озабоченно повелбровями. В глазах его отразилось минутное беспокойство, но он подавил егои снова бодро, выразительно произнося каждое слово, сказал:

   - Можно иди. Туда иди. Дверь туда их махен...

   - Дверь?

   Иван хотел улыбнуться, но в голове сразу кольнуло, и лицо егоперекосилось.

   - Больно?

   - Ладно, - поморщился Иван. - Живы будем - не помрем.

   Он не хотел показывать немцу свою слабость и, помогая себе руками,встал на ноги. Перед глазами расплылись багровые круги. Осторожно, сбольшим усилием он выпрямился, но не застонал, сдержался. Немного постоявтак, шатко полез по щебенке к дыре в дальнем углу. Фриц хотел поддержатьбойца, но Иван упрямо отвел его руку.

   Хромая, немец подался туда же, первым пролез к дыре и заглянул вверх;за ним взобрался на щебенку и Волока. В это время где-то поблизостипротрещала очередь, вторая, послышались голоса - кто-то крикнул, потомтам, наверху, заговорили не тихо и не громко, но так, что слов разобратьбыло нельзя. Волока сжал челюсти, немец, приоткрыв рот, с обостреннымбеспокойством в серых глазах посмотрел на Ивана. Они ничего не сказалидруг другу и на время замерли под пробоиной. Снова леденящий, как дыханиесмерти, вопрос - кто? - пронесся в их головах.

   Но разговор наверху прекратился - люди отбежали или замолчали, а ещечерез минуту донеслись длинные пулеметные очереди. Видно, с наступлениемдня вчерашний бой продолжался, и Волоку охватило беспокойство.

   "Туда, наверх", - показал он немцу. Фриц понял, коротко подтвердил:"Я-я" - и засуетился в поисках какой-нибудь подставки, чтобы удобнееподобраться к дыре. Он сложил один на другой несколько кусков бетона,примерился - было низко. Потом проковылял вниз, принес каску и положил еесверху: теперь можно было ухватиться за край пролома руками.

   Он подтянулся на руках, выглянул наружу, но в нерешительности тут жеопустился. Снова на мгновенье встретились их сосредоточенные, напряженныевзгляды, и опять оба вслушались, стараясь определить, кто наверху. Однакоопределить было невозможно.

   Тогда немец нахмурился, решительно наступил на каску, подтянулся и,упершись здоровым коленом в выступ, вскарабкался на перекрытие.

   Несколько секунд он стоял там, оглядываясь, а снизу на него напряженно

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18