Обелиск

разочарования. Значит, придется помаленьку топать дальше. Правда, ноги ужепорядком устали, но раз мой попутчик молчал, то и мне, пожалуй, следоваловести себя сдержаннее.

   - Да, так, значит, про Мороза, - начал Ткачук, возвращаясь кпрерванному рассказу. - Второй раз наведался я в Сельцо зимой. Холодастояли лютые, помнишь же, наверно, зиму сорокового - сорок первого года:сады вымерзли. Мне-то еще повезло, подъехал с каким-то дядькой в санях,ноги зарыл в сено, и то замерзли, думал, отморозил совсем. До школы едвадобежал, было поздно, вечер, но в окошке горит свет, постучал. Вижу, будтокто-то глядит сквозь намерзшее стекло, а не открывает. Что, думаю, занапасть, уж не завел ли тут мой Алесь Иванович какие-нибудь шуры-муры?"Открой, - говорю. - Это я, Ткачук, из районе". Наконец открывается дверь,где-то лает собака, вхожу. Передо мной парнишка с лампой в руках. "Ты чтотут делаешь?" - спрашиваю. "Ничего, - говорит. - Чистописание пишу". - "Апочему домой не идешь? Или, может, Алесь Иванович после уроков оставил?"Молчит. "А где сам учитель?" - "Повел Ленку Удодову с Ольгой". - "Кудаповел?" - "Домой". Ничего, не понимаю: какая нужда учителю учеников подомам разводить? "А что, он всех домой провожает?" - спрашиваю, а сам ужезлюсь за такую встречу. "Нет, - говорит, - не всех. А этих потому, чтомаленькие, а через лес идти надо".

   Ну, что ж, думаю, ладно. Разделся, начал отогреваться, настроение пошлона улучшение. Но вот минул час, а Мороза все нет. "Так сколько до тогосела будет?" - спрашиваю. Говорит: "Версты три будет". Ладно, что жделать, сидим ждем. Парнишка в тетрадке пишет. "А тебя он, наверное,оставил печку топить? - спрашиваю. - Ты где живешь?" - "Тут и живу, -отвечает. - Меня Алесь Иванович к себе взял, а то мой татка дерется". Э,вот оно, оказывается, в чем дело. Как бы оно не обернулось новыминеприятностями. И скажу тебе, забегая вперед, так и вышло. Как япредчувствовал, так и получилось.

   Часа через три возвращается Мороз. Ни стука, ни шагов, ничего, кажется,не было слышно, только парнишка тот, Павлик... Да, да, ты угадал. ИменноПавлик, Павел Иванович, будущий товарищ Миклашевич... Тогда был такимчерноглазым, шустрым мальчонкой. Так вот Павлик срывается, бежит черезкласс и открывает дверь. Вваливается Мороз, весь заиндевелый, заснеженный,ставит в угол свою палочку с ручкой наподобие козлиной головы.Поздоровались. Объясняет, почему задержался. Оказывается, довел он этихдевчушек домой, а там неприятность: что-то случилось с коровой, не могларастелиться, вот и задержался учитель, помогал матери. А девчушки? Ну этопростая история. Наступили холода, мать забрала их из школы: дескать,обувка плохая и ходить далеко. В ту пору все это было делом обычным, нодевчушки, славные такие близнята, хорошо учились, и Мороз понимал, что этоозначало для матери-вдовы (отец в тридцать девятом погиб под Гдыней). И онуломал бабу, купил девочкам по паре ботинок - стали учиться. Только когдаприбыло ночи, забоялись одни ходить через лес, надо было проводитькому-то. Обычно это делал переросток Коля Бородич, тот, что некогда сучителем пилил колоду. А в тот день Бородич почему-то не пришел в школу,дома понадобился, вот и довелось учителю идти в провожатые.

   Рассказал это он, я молчу. Черт знает, что ему сказать, педагогично это