Пойти и не вернуться, часть 1

по-хамски и враз растоптали фашисты. Она их ненавидела, как только можноненавидеть личных врагов: за то, что они убили ее свояка-учителя,уничтожили всех ее подруг евреек в местечке, пожгли окрестные хутора ипринесли столько горя народу. И она сказала себе, что жить на одном светес этим зверьем невозможно, что она будет вредить им, как только сумеет,если только они не порешат ее раньше. Чтобы не опоздать, весной, кактолько растаял снег, она ушла в партизанский лес, и вот ужо восемь месяцевдля нее нет другой жизни, кроме лесной жизни отряда с ее постояннымиопасностями, голодом, холодом, множеством различных невзгод, словом -кроме войны.

  

  

  

  

  

  

  

   - Вот и река. Как переходить будем? - спросил Антон, останавливаясь наневысоком, подмытом водой берегу. - Вплавь? Или по воздуху?

   Он, конечно, шутил, сдвинув на затылок облезлую, из овчины шапку соборванными завязками, и она смотрела на темную в белых берегах неровнуюполоску воды, и та сегодня не казалась ей страшной. Уж вдвоем оникак-нибудь переберутся через эту плюгавую речку, едва не утопившую еевчера вечером.

   Тем не менее, как перебраться, еще надо было подумать, и они небыстропошли вдоль кочковатого, обросшего голым кустарником берега. Ледяныезакраины местами были пошире, за ночь их плотно укрыло снегом, на которомкое-где проступали мокрые пятна. В одном месте, где река была уже, крыльяльда почти смыкались на середине, но темневшая там промоина указывала напредательскую непрочность этой ледяной перемычки. Надо было искатьчто-нибудь ненадежнее.

   - Может, палку какую положим? - неуверенно предложила Зоська.

   - И далеко ты достанешь той своей палкой? - сказал Антон, и в голосеего Зоське послышалась легкая насмешка над ее предложением.

   - А что! Я вчера перебросила и чуть не перешла.

   - Чуть! Чуть не считается...

   Зоська подумала, что, наверное, он лучше знает, что следует делать, ибольше ничего не предлагала, целиком полагаясь на спутника.

   - Чертова речка! - ворчал Антон, пробираясь в прибрежном кустарнике. -И не замерзла как следует, и мели залила. Самое хреновое время...

   Время для дальних походов, конечно, было не самое лучшее. Неделю назадударили холода с ветром, вчера пошел снег, который не переставал и сегодня- снежные крупинки редко, будто нехотя, неслись откуда-то из мутной выси,было неуютно и холодно. Зоська после стожка не переставала страдать отстужи, все время хотелось прибавить шагу, пробежать, чтобы согреться.

   Вдруг Антон замер на краю кустарника, тревожно повернув голову, иЗоська услышала впереди тихий, но явственный всплеск воды. Отведя лозину ипригнувшись, Антон вглядывался сквозь заросли лозняка, и снова где-то подберегом всплеснуло раз и второй. Кто-то там был, и они на минуту замерли,затаившись в кустарнике. Но вот по крупному, с вытянутым носом лицу Антонаскользнула добродушная усмешка.