Пойти и не вернуться, часть 1

ольхе и стояла, не в состоянии придумать что-нибудь путное. Она толькосмотрела на свой злосчастный аусвайс с такой малоудачной фотографией,оторванной от ее довоенного студенческого билета.

   - Так что же нам делать?

   Антон слегка примял сапогами черный полегший папоротник и пожалплечами.

   - Пойдем вместе. Авось я обузой для тебя не стану.

   - Ты обузой не станешь, наоборот! - заверила Зоська. - Но...

   - Вроде муж и жена, идем в Скидель к матери. Там действительно у тебямать, могут проверить.

   - Ну что ты, какая жена?..

   - Не хочешь женой - сестрой будешь. А что? Вдвоем, знаешь, надежнее.

   - Это да. Но...

   - Хочешь сказать, как в отряде потом?

   - Ну.

   - Видно будет. Авось оправдаемся. Ты же меня защитишь?

   Зоська все не могла взять в толк, как ей следовало поступить, на чемтеперь настоять и даже что сказать Антону, Конечно, смысл егосумасбродного поступка не оставлял сомнения, что он сделал плохо и что новозвращении не избежать скандала. Антон поступил неправильно и дажепреступно, самовольно оставив отряд. В какой-то мере его оправдывало лишьто обстоятельство, что отправился он не на пьянку на какой-нибудь хутор,не на гулянку, а пошел с ней на опасное дело, откуда неизвестно еще, какворотиться. К тому же этот его почти безрассудный риск из-за опасения заее жизнь ошеломил Зоську. Еще никто в ее жизни не пытался сделать ничегоподобного, и это сильнее всего связывало ее решимость, делая невольнойсоучастницей Голубина.

   - Ну что задумалась? - нарочито бодрым голосом сказал Антон. - Нечегодумать. Теперь уж я тебя не оставлю. Пойдем вместе. Или ты против?

   - Я не против, Антон. Наоборот. С тобой мне, сам понимаешь... Но...

   - Всяких "но" хватает. Теперь не будем о "по"... Холера, все-таки ногамерзнет, - сказал он, притопывая левой, мокрой ногой. - На Островкескажешь, что послали вдвоем. Ты - старшая, я в подмогу. Пропуск дали?

   - Пропуск-то дали...

   - Вот и добро. Переправимся, а там посмотрим. По обстоятельствам.

   Он опять становился уверенным и даже оживленным, будто впереди не былосмертельной опасности, а в отряде не ждали его неприятности по возвращениииз самовольной разведки. Но что делать, - действительно, она не могла егопрогнать от себя, да и не имела никакого желания делать это. Она вспомниласвое одинокое блуждание вчера по болоту, и ей стало тоскливо. А каковоодной, по ту сторону Немана, в незнакомых, набитых полицаями деревнях.

   - Нечего раздумывать, - подбодрил он и положил большущую руку на ееплечо. - Пошли!

   Чтобы окончательно вывести ее из состояния подавленной озабоченности,он шутливо толкнул ближнюю березку, и целое облачко снежинок сыпануло наобоих. Зоська слегка вздрогнула, но даже не улыбнулась, и он, надеврукавицу, небыстро пошел между зарослей, прорывая сапогами глубокий след взасыпанной снегом траве.