Пойти и не вернуться, часть 1

поняв, что полицаи направлялись не к ним, а мимо, по какой-то своейнадобности, в сторону Немана. На обору никто из них не обратил внимания,ночных следов в снегу нигде не осталось, все хорошо заровнял снегопад.Антон перевел дыхание и вслушался в долетевшие с дороги слова, но смыслразговора уловить было трудно. Однако первое услышанное слово заставилоего насторожиться. Он явственно разобрал "Сталинград", потом еще разпроизнесенное кем-то из полицаев это же слово и едва различил затем "дали"или, может быть, "взяли". Это его заинтересовало. Он напряг все своевнимание, но ветер относил слова в сторону, и ему удалось разобрать ещелишь "наступление". Далее, сколько он ни вслушивался, понять ничего не мог- сани отъехали далековато и вскоре совсем скрылись на повороте дороги закаменным углом оборы.

   Опасность вроде бы миновала, полицаи уехали, но Антон все еще стоял упритолоки, озадаченный и заинтересованный тем, что услышал. В каком смыслеони упоминали о Сталинграде? Что значит "дали"? _Сдали_ или, может быть,_взяли_? И что может означать "наступление"? Чье наступление? А возможно,они говорили: отступление? Нет, скорее всего смысл был в том, что немцыпредприняли новое наступление на Сталинград, где всю осень шлиожесточенные бои, и, наверно, взяли наконец этот далекий город на Волге.

   Но что же тогда получалось?

   Совершенно растерянный и озадаченный, он вошел в каморку, все продолжаяломать голову над этой полицейской шарадой. Зоська спрашивала его очем-то, но он не слушал ее, он думал, _что_ все это может означать длянего лично. Конечно, сколько-нибудь убедительных фактов у пего не имелось,были только загадки. Но он особенно и не нуждался в фактах, он уже былподготовлен к единственно приемлемому для него выводу: надо спешить! Надо,пока не поздно, кончать с партизанством, позаботиться о собственнойголове, пока она еще на плечах, и внедряться в новую, на немецкий лад,жизнь, коль ничего не вышло с советской.

   - Зось, ты понимаешь? - сказал он, не поворачивая к ней головы. - НемцыСталинград взяли.

   Он думал, что Зоська начнет сокрушаться или даже заплачет, он бы тогдаее утешил. Но, к его удивлению, она только моргнула и с наивным видомспросила:

   - Это когда?

   - Не знаю, - пожал он плечами. - Слыхал, полицаи там разговаривали.

   - Враки, наверно, - подумав, сказала Зоська. - Хотя, может, и правда.Столько понахапали, что им. Сила!

   - Сила, да, - согласился Антон, не совсем представляя, как ему вестиразговор дальше. Он не ожидал со стороны Зоськи такой легкости поотношению к главной сути его вопроса и мучительно подыскивал в умевозможные подходы к главному. Зоська же, вроде безразличная к егоизвестию, деликатным прикосновением холодных пальцев запахнула на немкожушок.

   - Застегнись, а то холодно. Полицаев много поехало?

   - Человек шесть, наверно.

   - Поехали мимо?

   - Ну. Тут рядом дорога.

   - Это хуже. И печку затопить нельзя?

   - Печку нельзя, - сказал он и добавил не очень решительно: - Может,