Круглянский мост

коленях. Тусклый силуэт человека - не понять было издали - то ли стоял, толи, едва шевелясь, двигался вдоль перил. Неужто кто-нибудь из позднихпрохожих или, не дай бог, - охрана? Если охрана, то дело их дрянь. Онишли, катастрофически быстро приближаясь к мосту, потому что укрыться тутбыло негде, а бежать поздно: их уже увидели.

   Тот, на мосту, вроде остановился возле сломанных перил и - этоотчетливо передалось обоим - сквозь сумрак внимательно поглядел на дорогу.Они также пристально следили за ним, готовые схватиться за оружие, как тотвдруг вскрикнул и упал. Они остановились - показалось, он спрыгнул подмост или странным образом провалился под настил. Но тут же в сумеркахостро сверкнуло - эхо винтовочного выстрела гулко всколыхнуло простор.

   Это была наихудшая из неожиданностей, и они разом метнулись с дороги -Степка по одну, а Маслаков по другую сторону насыпи. Степка впопыхахсильно ушибся бедром о канистру и на боку сполз до половины скоса. Тут жеон схватился за винтовку и только передернул затвором, как в двух шагах отнего, брызнув песком, в насыпь ударилась пуля. Со стороны моста стреляли -торопливо и опасливо, но того, кто стрелял, не было видно. Над дорогойлишь пронзительно дигало - наверно, пули прошивали воздух по ту сторонунасыпи, где скрылся Маслаков. Но Маслаков там молчал, и Степка тоже замер,не решаясь до поры обнаруживать себя, и напряженно глядел в сторону моста.Он ждал момента, когда побегут, чтобы ударить в упор, наверняка.

   Однако оттуда никто не показывался. После десятка выстрелов стрельбапрекратилась, эхо заглохло за лесом, и все вокруг смолкло. Степка полежалеще, прижимаясь грудью к откосу, и вдруг подумал, что, наверно, он тутодин, и это испугало его. Вряд ли Маслаков так долго оставался на тойстороне - пожалуй, отбежал к лесу. Но тогда и ему надо подаваться назад.Мост, судя по всему, придется отложить - к мосту теперь не подступишься.

   Вскочив на колени, Степка одной рукой ухватил канистру, другой винтовкуи, скользя на мокрой траве, побежал за насыпь. Он ждал выстрелов, и онидействительно раздались, опять часто и оглушительно: бах - диу-у-у-у, бах- диу-у-у... Но он скоро определил, что стреляли не по нему, и он упал,загнанно дыша, оглянулся. Насыпь тут стала вроде бы ниже, чем у моста, онувидел поодаль на дороге пригнувшийся силуэт - кто-то, будто крадучись,бежал, падал и тут же посылал в его сторону выстрел за выстрелом. Но полетпуль он перестал слышать, и это прорвалось в нем новым беспокойством: онуже понял, что полицай стрелял в Маслакова. Значит, Маслаков там.

   Но почему он не отвечает на выстрелы?

   Степка бросил канистру и, почти не целясь, грохнул торопливым выстреломнавстречу фигуре. Было темно, совсем почти смеркалось, и фигура сноваисчезла: упала или, может, скрылась за насыпью. После трех выстреловСтепка дослал в патронник четвертый патрон, но стрелять не стал, а вскочили, пригнув голову, в три прыжка перемахнул дорогу.

   В канаве он снова упал и затаился. Сзади, взбитое сапогами, поплылооблако вонючей пыли, в грудь и бока больно впились какие-то колючки, пошапке и спине легонько лопотал дождь. Но Маслакова и здесь не было видно