Круглянский мост

думать, и теперь, завидев их живыми, почувствовал безотчетную минутнуюрадость. Правда, те не очень ждали его - поодаль в сосняке мелькнулазеленая, в телогрейке спина Данилы, - не теряя времени, они через пригорокбежали дальше. Тяжело топая по мягкой, усыпанной хвоей земле, обдирая вчаще лицо и руки, Степка вылез на вершину пригорка и с облегчением побежалвниз. Тут он опять увидел их: Бритвин был уже на опушке, короткооглянулся, взмахнул рукой ("скорей!") и выскочил на вспаханную полосунивы.

   Кажется, они оторвались от погони, во всяком случае, скрылись с ее глази стали недосягаемыми для ее огня. Можно было бы вздохнуть с облегчением,нервное напряжение спало. Как ни удивительно, Степка только здесь, всосняке, понял, что они сделали. Мост взорван, было чему радоваться. Норадость не приходила: не было Маслакова, который все это начал, вел их,первым пошел на самое опасное, и теперь вот они победили, но без него. Ктому же еще и Митя. Разумеется, Митя - эпизод, парнишка на один день,сколько таких появлялось на его партизанском пути и исчезало - какое емудо них дело? Но этот подросток что-то затронул в нем, что-тонепроясненное, только почувствованное унес с собой из жизни, оставивСтепке лишь недоуменный вопрос: как же так?

   Когда Степка выскочил на опушку, те двое, пыля сапогами, уже бежали пониве - впереди Бритвин, а позади в десяти шагах от него Данила. Они сноване подождали парня, а он все больше отставал: склон тут кончался,начиналось ровное место, бежать по которому у него просто не было сил.

   И все-таки он бежал, горячечно дыша раскрытым ртом. Автомат придерживалрукой под мышкой, не давая тому бить диском о бок. Степка совсемвыдыхался, и чем меньше у него оставалось сил, тем все большее раздражениеподнималось внутри - будто его нарочно хотел кто обидеть. Однако он знал,что не нарочно, что в самом деле надо было как можно скорее смываться, ноне мог сладить со своею досадой и, вдруг остановившись, крикнул:

   - Да стойте вы!

   Они оглянулись, замедлили шаг и, достигнув кустарника, нерешительноостановились. Бритвин, видно тоже не сдержав злости, раздраженноприкрикнул:

   - Давай скорей! Ну что ты гребешься, как баба?!

   Усталым шагом Степка наконец догнал их. Неприязненно избегая ихвзглядов, увидел вспотевшее лицо Бритвина, оживленное риском и азартом.

   - Не смотрел, не догоняли? - спросил Бритвин, когда он подошел ближе.

   Степка нарочно не ответил - он просто не мог разговаривать с ними идаже избегал взглянуть им в глаза, его мучил вопрос: где они были? Ончувствовал себя совершенно одураченным: ведь он почти уже поверил вБритвина, в его волевую решимость и боевой опыт и уже склонялся в душе ктому, чтобы отдать ему предпочтение перед Маслаковым.

   Наконец все вместе они сунулись в негустой мелкий орешник. Под ногамишастала прелая листва да похрустывали опавшие ветки. Через минуту Бритвинснова обернулся к Степке:

   - Контузило, что ли?

   - Ничего не контузило!

   Не останавливаясь, Бритвин на секунду задержал на нем придирчивый