Круглянский мост

подозрительным взглядом, что-то прикинул в уме, будто вслушиваясь в тихийшум ветра. Степка подумал, что поскольку дело уже сделано, то тут иначнутся командирская мораль, ругань и угрозы. Но Бритвин в последниймомент будто переменил свое намерение, лишь уколол его злым взглядом ипошагал через кустарник.

  

  

  

  

  

  

  

   Далеко уже отойдя от Круглян, в густом ельнике они набрели на тропинку.Кажется, неподалеку должен был начинаться Гриневичский лес - знакомыебезопасные места, их партизанская вотчина. Стало спокойнее, о погоне ужене думали. В лесу стоял крепкий, почти спиртовой настой волглой весеннейпрели и смолы; на влажной мшистой земле лежали пестрые от солнечных бликовтени; разлапистые ветви елок, сонно покачиваясь, шумели вверху.

   Едва заметная в моховище тропинка вывела их на старую заброшеннуюделянку с когда-то наготовленным да так и не вывезенным кругляком - с краюширокой поляны расположилось несколько длинных приземистых штабелейобросшей мохом рудстойки. Сопревшая кора на чурбаках разлезлась, впотемневших от времени торцах желтели выдолбленные дятлами ямки.

   На делянке пригревало солнце, они все вспотели, и Бритвин, несшийперекинутую через плечо шинель, решительно бросил ее под ноги.

   - Привал!

   - Фу, тепло! - согласно отозвался Данила и как был, толстоватый инеуклюжий по такому теплу в телогрейке, задом сунулся в тень под штабелем.Бритвин снял ремень, расстегнул пуговицы на гимнастерке, затем плюхнулсяна шинель и, сопя, стянул сапоги.

   Степка, помедлив, тоже присел под штабель.

   - Далеко еще топать? - спросил Бритвин.

   - Не так, чтоб далеко. Немного пройдем до Ляховина, потом ещелесничество миновать, - начал прикидывать разомлевший Данила.

   - Так сколько километров? Пять, десять?

   - Это... Если Ляховино по правую руку оставить, чтоб крюка не дать. Нокак оставить: мост там...

   - Так сколько все-таки километров?

   - Километров? Чтоб не солгать... Не так много осталось.

   Бритвин осуждающе повертел головой.

   - Ну и арифметика у тебя! Много, немного... Давай сумку да перекусим.

   Данила с подчеркнутой готовностью перекинул через голову скрученнуюлямку сумки и сразу же вынул оттуда бутылку с бумажной затычкой. Осторожноукрепил ее на неровной мшистой земле между собой и Бритвиным. Степкастарался не смотреть туда - делал вид, что занят пальцем на ноге, до кровисбитым о корень. Есть ему расхотелось, на жаре донимала жажда, и он думал,что, передохнув, первым делом надо поискать ручей.

   - Ну что ж, тогда дернем! - сказал Бритвин.

   - Заработали, - ухмыльнулся в бороду Данила.

   Бритвин потянул сумку.

   - А там же и закусь была. А ну доставай, что наготовил полицаев сынок.