1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Цена достоинства

"Я готов вступить в ваше общество. Но только с условием развалить его изнутри". И перевернулся на другой бок продолжать прерванный сон. Карпюк обругал Алеся и вышел из вагона. Утром приехал к Горбатову и сокрушенно поведал, что третьего трезвого человека в России найти не удалось. Так благородное общество и не было создано. Ни тогда и никогда больше.Между тем на просторах нашей великой Родины во всю ширилась идеологическая борьба с недавно обнаруженной напастью- "идеологическими диверсантами" и их хитроумными происками. Как водится, прежде всего в искусстве и литературе. Гродненщина, как и Белоруссия в целом, разумеется, не могла оказаться на обочине этого важного дела. Партийные органы проводили многочасовые бдения по поводу "искривления линии партии на местах", разоблачали происки зарубежных разведок в неустойчивой среде местных литераторов. Какие бы мероприятия ни осуществлялись в Гродно, какие бы вопросы ни обсуждались, в итоге с роковой неизбежностью все сводилось к разоблачению вредных произведений Быкова и Карпюка. Будучи беспартийным, я по возможности избегал проработочные мероприятия, коммунист Карпюк избежать их не мог. И даже иногда пытался выступать, оправдываться, что вызывало гнев и ярость местных партийных бонз, привычно требовавших "признать и покаяться". Карпюк упрямо не хотел ни признавать, ни каяться А подчас пытался обвинять.В центральных газетах появилась директивная статья начальника ГлавПУРа Советской Армии генерала Епишева, где тот кроме русских писателей (Евтушенко, Вознесенского, Аксенова) подвергал политической критике и белоруса Быкова. Местные парторганы тут же подхватили зубодробительные пассажи главного армейского политрука и организовали широкое их обсуждение. На одно из них пригласили Карпюка, я был где-то в отъезде. И вот после выступления многих функционеров и активистов партии, исполненных глубокой признательности генералу армии за его партийно-научно-военный анализ порочных произведений этих "писателей", слово было предоставлено Карпюку. Поднявшись на трибуну, тот произнес всего одну фразу: "Если Епишев генерал, то пусть командует своим войском и не лезет в литературу". 3ал ответил возмущенным ропотом. Некоторые прямо угрожали, и я вскоре понял, что эти угрозы далеко не напрасны. Логика напряженных отношений требовала перехода к делу.В ритуально восторженной атмосфере всеобщего поклонения наступил 100-летний юбилей великого основателя советского государства. По городам и весям покатилась волна собраний, пленумов, Ленинских симпозиумов. Союз писателей по этому поводу устроил торжественный пленум, на который из Гродно приехали и мы с Карпюком. Я посидел недолго и пошел с беспартийными друзьями в кафе. Карпюк же записался в число выступающих. Недавно прошел ленинский субботник, репортажи с которого печатались во всех газетах, и Карпюк именно субботнику посвятил свое выступление. В конце он сказал:"Мы знаем, что в субботнике участвовал Владимир Ильич, видели на снимках, с кем он таскал бревна. Но с кем таскал бревна Леонид Ильич, "Правда" нам не показала. Или, может, Брежнев не участвовал в Ленинском субботнике, так пусть напишут". Сидевший в президиуме заведующий отделом белорусского ЦК С.Марцелев недобро нахмурился и,выступая в конце с подведением итогов, сказал: "Что касается выступления Карпюка, то этот человек начинает ходить по головам". Кто-то из "доброжелателей" Карпюка в зале радостно взвизгнул: "Ну, Алёша спекся!.."

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13