Карьер, часть 3

бы показалась объедением, если бы к ней был хлеб. Но хлеб у него кончился,он обходился без хлеба. Накопав полведра, подумал, что вроде хватит.Картошку тоже надо было экономить, ее у Барановской осталось всего соткитри на огороде. Съест всю, чем хозяйка будет кормиться зимой? Если тольконастанет для нее эта зима...

   Оставив лопату в борозде, с ведром в руке он выбрался на тропинку ивдруг краем глаза заметил, как шевельнулась кухонная дверь, захлопнулась унего на глазах. Радостно подумав, что это хозяйка, Агеев скорым шагом,хромая, подошел к двери и, поставив ведро, вошел на кухню.

   На скамье у порога возле окна, кутаясь в знакомый вязаный жакет, сиделаМария. Она не обернулась, когда он вошел, пригорюнясь, глядела в однуточку на полу, и он молча остановился сбоку, не зная, как начать разговор.

   - Что-нибудь случилось? - наконец спросил он, не скрывая тревоги.

   - Нет, нет! Я к тетке, - сказала Мария, пряча, однако, глаза, и онпонял: случилось недоброе.

   - Тетки нет...

   Девушка вскинула заплаканные глаза.

   - А где... она?

   - Понимаешь, нет. Где-то пропала, - признался Агеев. - Один живу.

   Мария уронила лицо в ладони и беззвучно заплакала.

   - Так что случилось? - озадаченно спрашивал Агеев. - Что-нибудьскверное?

   Скоро, однако, совладав с собой, Мария кончиками пальцев вытерла слезы,но продолжала молчать, и он в ожидании тихо присел напротив. Все-таки онхотел знать, что случилось.

   - Понимаете... Понимаете, я думала, дома тетка Барановская, я немногознаю ее. В прошлом году познакомились, - вздыхая и медленно успокаиваясь,сказала Мария.

   - Так, так. Ну, а дальше?

   - А дальше?.. Что дальше? Жить мне у сестры невозможно. Не могу я...Понимаете? Я туда не вернусь.

   "Вот так дела! - подумал Агеев. - Еще чего не хватало! Туда невернешься, где же ты намерена остаться?"

   - Тут, видишь ли, пока я один. Что стряслось с Барановской, просто незнаю. Пошла на три дня и пропала.

   - Спрячьте меня в ее хате, - вдруг попросила Мария и почти умоляющепосмотрела на него.

   - Спрятать? - кажется, он начал о чем-то догадываться. - Что, немцы?Полиция?

   - Полиция, - тихо вымолвила Мария.

   Тут следовало подумать. Конечно, ее надо спрятать, если по следу идетполиция, но весь вопрос - где? Если спрятать у него, то не поставит ли онтем самым под угрозу всю их конспирацию? Ведь полиция может пойти по ееследам и выйти на него самого. Да и только ли на него?

   - Так. Кто знает, что ты побежала сюда?

   - Никто.

   - А сестра?

   - Вера не знает. Из-за нее все и вышло. Полицай этот, Дрозденко, началзахаживать...

   - Дрозденко? Начальник полиции?

   - Начальник, да. К ней больше, к сестре. Раза четыре ночевал... А потомко мне стал приставать, - пригорюнясь, рассказала Мария и замолчала.