Карьер, часть 3

чины давней, полузабытой войны. От старых бумаг исходил едва уловимыйзапах тлена, бумажная пыль то и дело заставляла их чихать. С неба все чащеи продолжительнее стало проглядывать солнце, сквозь слуховое окно вчердачный сумрак хлынул поток лучей, ярко высветивший косой квадрат наполу. Стало теплее. Вокруг дремала тишина, и снова, отрешаясь отнеспокойной действительности, они прилегли на одеяле. Мария шептала что-тогорячо и преданно, но Агеев уже не вникал в путаный смысл ее слов, онснова забылся в нахлынувших чувствах, пока его не сморил внезапнозавладевший им сон. Когда он проснулся, Мария, свернувшись калачиком,лежала рядом, солнце из окошка уже исчезло, и окно едва светил осьотражением уходящего дня. Агеев подумал, что так можно прозевать приходМолоковича, и тихонько, чтобы не разбудить Марию, поднялся. Однако Марияподхватилась тоже.

   - Куда ты?

   - Тихо, тихо. Спи. Я это... тут должен один человек прийти.

   - Какой человек?

   - Ну, понимаешь, знакомый.

   Быстрыми движениями маленьких рук она поправила измятый подолсарафанчика, тронула на затылке короткие волосы вынутым из них гребешком.Похоже, она ничего не подозревала и еще ни о чем не догадывалась.

   - Из местечка знакомый?

   - Из местечка.

   - А мне... Тут быть?

   - Да, ты сиди тут. Как только я его отправлю, так сразу приду.

   Он поцеловал ее в смиренно подставленные губы и спустился по лестнице вкухню. Дремавший у порога Гультай нехотя поднялся, потянулся и промяукалгромко и требовательно. Агеев подхватил его поперек тела и подсадил вкладовке на лестницу.

   - Вот дружок тебе. Чтоб не скучала. Ну, пока!

   Он вышел во двор, посмотрел в небо, по которому уже плыли громоздкиекучевые облака - предвестники лучшей погоды, и подумал: как ему скрытьсвои дела от Марии? Скрыть, конечно, было необходимо, он не имел правасамовольно доверять ей то, что было не только его тайной, но и утаитьчто-либо при таких с ней отношениях было непросто. Хотя бы того жеМолоковича. Она могла его увидеть, подслушать их разговор. Что она моглаподумать о них? Конечно, лучше всего, если бы она была в курсе их дел, ноподсознательно он очень опасался вовлекать ее в эти их непростые дела,которые в любой момент могли кончиться для них катастрофой. Зачем безнужды рисковать еще и ею?

   Прохаживаясь по двору, Агеев поджидал Молоковича, потом вышел на мокруютропинку к оврагу. Но никого не было. Уже стало темнеть, из садков иогородов потянуло промозглой сыростью, стало прохладно, и он подумал, что,видно, надобно идти в сарайчик. Молокович знает его пристанище, он долженнайти. Только Агеев подумал так, стоя возле распахнутых дверей хлева, какза домом, где-то в стороне местечкового центра раздались выстрелы - двавинтовочных и несколько разрозненных автоматных очередей. Агеев замер,прислушался, но выстрелы скоро прекратились, криков вроде не было слышно,и он с беспокойством подумал: не Молокович ли там попался? Все-такиначинался комендантский час, немцы и полиция лютовали на улицах и дорогах,