Карьер, часть 3

останавливая каждого, кто там появлялся. Весь местечковый люд старался кэтому времени быть дома и не высовывать носа из своих дворов. Но Молоковичмог прийти к нему только с наступлением темноты, когда его никто бы неувидел в местечке.

   Агеев поглядывал в оба конца двора, но чаще на межевую тропинку вдольогорода, думал, что Молокович появится из оврага. А тот вдруг вынырнулиз-за угла сарая и очутился перед Агеевым.

   - Здравствуйте!

   - Ну, напугал!.. Там выстрелы, слышал? Это не по тебе?

   - Я хожу там, где выстрелов не бывает, - прихвастнул Молокович, тяжелодыша от быстрой ходьбы. Они прошли через хлев в сарайчик, где уже былотемно, в этой темноте едва различались их тусклые силуэты. Агеев,опустился" на топчан, Молокович, как и в прошлый раз, присел на пороге. -Что-нибудь случилось? - спросил он тихо.

   - Ничего особенного, - успокоил его Агеев. - Просто некоторые вопросы.

   - Мне ведь запрещено встречаться с вами. Но тут мальчишка сказал...

   - Я знаю. Но у меня не было выхода. Я потерял связь с Кисляковым.

   - Это хуже, - помолчав, сказал Молокович. - Я тоже с ним не имею связи.

   - Может, его взяли?

   - Нет вроде. Если бы взяли, было бы известно. В полиции его нет. Может,какая накладка? Или СД сцапала?

   - Может, и накладка. У меня вот хозяйка пропала. Уже две недели.Сказала, отлучусь на три дня, и пропала.

   - Ну теперь все может быть. Где-нибудь напоролась. Схватили. Илизастрелили где-нибудь. Как ваша нога?

   - Нога более-менее. Уже хожу. А как плечо?

   - Да что плечо, заросло, как на собаке.

   - Значит, можно уже действовать, если тут сидеть. Что-нибудьпланируется? - спросил Агеев и умолк, весь внимание. Молокович вслушался втишину ночи и ответил не сразу:

   - Кое-что задумали, может, на днях провернем. Только со взрывчаткойплохо.

   - А какая нужна взрывчатка?

   - Да хоть какая. Но на хороший взрыв.

   - На хороший взрыв требуется хороший заряд. Добывать надо, - сказалАгеев. - А как связь с лесом?

   - Трудно со связью. Все под наблюдением. Все дороги, улицы. Нипроехать, ни провезти.

   - Что слышно на фронте?

   - Ерунда на фронте, - скупо сказал Молокович. - Немцы под Москвой.

   - Да-а, - разочарованно протянул Агеев, неприятно пораженный этойвестью.

   - Но все равно скоро подавятся. Уж Москву им не отдадут.

   - Ну а мы что же, тут и будем сидеть? В этой дыре? - с плохо скрытойдосадой сказал Агеев.

   - А что же нам делать? Догонять фронт? Далековато, наверно.

   - Оно-то далековато. Но все-таки мы военные. Командиры действующейармии.

   - Действовать и тут можно. И нужно. А там видно будет.

   Наверное, Молокович был прав, они обязаны действовать, вот только те