Карьер, часть 3

леса, но вот приехал этот дядька с обувью - не станешь же ему говорить окознях полиции и его подписке. Правда, всю неделю не давал о себе знать иДрозденко, словно забыл о нем или, скорее всего, пока не имел в немнадобности. А как заимеет эту свою надобность, что тогда делать?

   Только он подумал так, доедая из чугунка картошку, как в кухонную дверьтихонько постучали, и он удивился - никто вроде не появлялся ни во дворе,ни перед кухонным окном, откуда кто взялся? Он уже хотел было отворитьдверь, как та сама отворилась и на пороге появился смущенно улыбавшийсямужчина уже не первой молодости, видно, довольно помятый жизнью, но пригалстуке и в темной шляпе на голове. Все заискивающе улыбаясь,поздоровался и снял шляпу, обнажив широкую, до самого затылка лысину.

   - Я не помешал, можно к вам, пан... пан Барановский? - негромко,медовым голосом заговорил он, слегка кланяясь. Агеев с удивлением смотрелна него, мало что понимая, потом кивнул на стоявший перед ним стул.

   - Садитесь, пожалуйста!

   - Дякую, пан... пан Барановский. Я, знаете, не слишком побеспокою вас,по одному небольшому делу, но дело, знаете, подождет, потому что...Потому... Вот, похоже, собирается дождик, как-то ветер вроде повернул сзапада...

   - Да, ветер западный, - сказал Агеев и замолчал, едва скрывая своюсразу появившуюся неприязнь к этому пану. "Что еще за пан? - подумал он. -Поляк? Белорус? Русский?"

   Пришедший устроился поудобнее на шатком скрипучем стуле, закинул ногуза ногу. Его маленькие глазки подозрительно ощупывали Агеева, бескровныетонкие губы кривились в подобострастной улыбке.

   - Завтракаете, значит? Скудный завтрак старика, как писал поэт. Хотя выне старик, конечно. А завтрак скуден... Это непреложный факт. - Онсокрушенно вздохнул, посмотрел в потолок. - Да, трудные времена, пане.Трудные, но обнадеживающие. Что делать? - развел он руками и сновауставился в Агеева заискивающим взглядом. Агеев, слушая его, не могпонять, что ему надобно и как реагировать на его сетования.

   - Вы, наверно, насчет обуви? - спросил он сухо.

   Гость замахал рукой.

   - Нет, нет. Я не насчет обуви. Обувь, слава богу, мне не нужна.Обойдусь. Да и куда ходить? Некуда сейчас ходить, - объявил он и спросил:- Пан не здешний?

   Агеев замялся. Опять он не знал, как отвечать этому захожему, которыйнеизвестно откуда - из этого местечка или приезжий. Приезжему можно былосоврать. А если он местный?

   - Как вам сказать, - неопределенно начал Агеев. - С одной стороны -здешний, а с другой - нет.

   - Да, конечно, понятно. Если, скажем, родились тут, а жили в другомместе. Как я, скажем. Родом из Слуцка, а жил... Где только не жил.

   - И теперь что ж, вернулись? - спросил Агеев.

   - Теперь, знаете, вернулся. Родина все-таки, она тянет. Как... какпервая любовь. А вот отец Кирилл не вернулся...

   - Не вернулся, - подтвердил Агеев и внимательно посмотрел в маленькиеглазки гостя, стараясь понять, сказал он это случайно или с определенным