Карьер, часть 3

Гляди, опоздаешь.

   - А я никуда не спешу.

   - И напрасно. Как бы не пришлось держать ответ перед немцами послепобеды: чем занимался? Если что, по головке они не погладят. Они вообще поголовке не гладят. Строгая нация!

   - Это я знаю.

   - Вот и хорошо, что знаешь. Так подумай. Больше я предлагать не стану.Сам придешь. Понял?

   - Чего не понять, - уклончиво ответил Агеев.

   Дрозденко резко отпрянул от стола, швырнул на пол недокуренную сигаретуи обернулся.

   - Ну вот. А теперь твоя главная задача - Барановская. Как толькозаявится, стукни. Тотчас же. Днем или ночью. Упустишь, пеняй на себя. Еюуже СД интересуется. Тут уж я тебя не прикрою.

   - И чем она так заинтересовала СД? - не утерпел Агеев.

   - А это не знаю. Чем-то насолила, значит. Полиция тут ни при чем.

   - Что ж, понятно, - сказал Агеев, подумав про себя, что этого уж отнего не дождутся. Но как бы не прозевать, успеть предупредить хозяйкусразу же, как только та вернется домой.

   Как и в прежние свои визиты, Дрозденко, не прощаясь и враз оборвавразговор, шагнул к двери и выскочил во двор. Агеев с облегчением проводилего к улице, и трое полицаев, не оглядываясь, пошагали к центру местечка.Недолго постояв еще и убедившись, что опасность миновала, Агеев пошел вкладовку. Мария ждала его на чердаке, забившись за сундук с книгами, и,как только он взобрался по лестнице, бросилась навстречу. Он растроганнообнял ее за плечи, привлек к себе.

   - Ну что ты! Не бойся. Я же тебя защищу...

   - Я все слышала, - сказала она, вздрагивая в его объятиях, и вдругспросила: - У тебя оружие есть?

   - Оружие? Какое оружие?

   - Ну, пистолет или винтовка или что-нибудь еще...

   - Зачем тебе?

   - Ты не знаешь зачем? - она с укором взглянула на него глазами, полнымислез.

   - Нет, нет, - сказал он поспешно. - До этого не дойдет. Надеюсь, что недойдет. Нам главное - протянуть время. А там...

   - А что там?

   - А там... Победа будет за нами.

   - Ой, боюсь, не будет, Олежка! Боюсь, не будет за нами. За кем-нибудь,может, и будет, но не за нами. Как бы нам скоро не пришлось лечь в сыруюземельку!..

   - Ну что ты?.. Ну что ты?.. Зачем так мрачно? Ты успокойся... Еще женичего не случилось.

   По мягкой засыпке чердака он провел ее к их измятой постели, усадил наветхонькое лоскутное одеяло. Сам опустился рядом и обнял ее все ещевздрагивающие худые плечики.

   - Ну ничего, ничего. Пока мы живы и вместе, а это главное. Еще мыпоборемся с ними. Еще повоюем...

   Мария, молча и тихо всхлипывая, медленно успокаивалась, подчиняясь еголасковым объятиям, все теснее прижимаясь к нему, словно сообщая ему своюболь и набираясь от него решимости. И он собрал в себе все крохи этойрешимости, слабой уверенности в благополучном исходе их затянувшихся