Карьер, часть 1

ясно, что, пока не стемнеет, сделать это вряд ли удастся, значит, надодожидаться ночи. Но и в темноте - обманут ли они немцев, которые навернякаперекрыли дорогу? А если на полном ходу, на авось? "Авось" было испытаннымсредством, которое помогало, когда ничто другое уже помочь не могло. ИАгеев решился. Надо было только уговорить шофера, от которого в этойпопытке зависело все.

   Они стояли на дороге возле машины, и, когда он сказал об этом шоферу,тот ничего не ответил, помолчал, поглядел в одну сторону, в другую,прислушался. За лесом и полем, где располагалась деревня, громыхал бой,вверху над соснячком временами проносились огненные трассы, ему оставалосьпроскочить каких-нибудь два километра, но на любом метре их могланастигнуть смерть. Агеев уже подумал, что шофер возразит, как тот вдругспросил:

   - Сейчас ехать? Или погодим?

   - Нет, не сейчас. Надо подождать, - обрадовался Агеев. - Еще полчасика,час - как стемнеет.

   И вот наконец стемнело, прошло и еще минут двадцать. Стрельба в деревневроде стала утихать, наверное, скоро два батальона полка начнутпрорываться из окружения. Тянуть дальше было нельзя, и, кое-как успокоивсебя, Агеев вскочил в кабину к уже сидевшему там водителю.

   - Значит, так! Сначала потихоньку, а потом полный газ! Я скажу когда.

   В совершеннейшей темноте они медленно тронулись по дороге, не включаяфар, выехали из соснячка в чистое поле, где их днем обстреляли минометы игде теперь уже сидели немцы. Агеев высунулся из кабины и впился глазами вночную темень, но в поле ни черта не было видно. Впрочем, не было видно идороги, и он опасался, как бы шофер ненароком не угодил в кювет. Но шоферс особым, присущим только водителям чутьем и в темноте точно держалдорогу, тяжело нагруженная машина качалась на ухабах, двигатель безбожногромко ревел, и Агеев, сжав зубы, ждал первой очереди в бок, в лоб илисзади. Но очередей не было. Они проехали, может, километр или чуть больше,и тогда их кто-то окликнул с поля. Агеев не разобрал, что это был за крик- своих или немцев, - он только понял, что следом будет очередь, и,стукнув с размаху дверцей, крикнул шоферу:

   - Гони! Быстро!

   Машина рванула, его бросило в сторону, потом в другую, показалось, чтоони опрокидываются, но как-то выровнялись, и машина помчалась куда-то втемень. Сзади еще несколько раз крикнули, а потом ударила сверкающаяочередь, обгоняя машину, понеслась по обеим сторонам дороги. Агеевиспуганно шарахнулся, мелкое крошево стекла обсыпало грудь и лицо, резкозвякнула металлическая обшивка кабины, но машина мчалась...

   И, только когда, скрещиваясь над машиной, из разных мест ударилисветящиеся разноцветные трассы, машина стала резко сбавлять ход, забирая всторону, к самой канаве. Агеев схватился за руль, стараясь вывернуть еговправо, но руль почти не поддался, намертво зажатый в руках водителя,который навалился на него грудью и молчал. И тут машина остановилась.

   Агеев вывалился из кабины, хватаясь за пистолет, едва не угодил накакого-то человека в кювете, который с сердитым матом увернулся от его