Карьер, часть 1

каблуков, и Агеев понял: свои.

   Да, это были свои, а тот человек, которого он едва не сшиб, былначальник штаба первого батальона старший лейтенант Корбовский. Они обатут же бросились на ту сторону машины, выволокли из Кабины грузное теловодителя и тотчас опустили его на землю. Помощь водителю уже непонадобилась. Немцы в поле запоздало светили ракетами, но стрельбупрекратили. В промежутках темноты бойцы быстро разгрузили накренившуюся вканаве машину с двумя простреленными скатами, старшины распределилигранаты между группами прорыва. Когда все было закончено, из темнотыпоказались несколько человек, они разговаривали, и Агеев узнал резкий, схрипотцой голос командира полка.

   - Где Агеев? Позовите Агеева!..

   Агеев встрепенулся, сразу весь подобрался - он не забыл, что емунедавно еще было обещано этим человеком, и теперь с обмершим сердцемшагнул к нему на деревенскую улицу.

   - Я здесь, товарищ комполка!

   - Ты, Агеев? Молодец, начбой! Ты нас здорово выручил. Спасибо тебе!

   - Двадцать семь ящиков "лимонок", - тихо сказал кто-то из темноты.

   - Двадцать семь ящиков! Вот как надо воевать! И доставил! Прорвался!Ну, а мы что же, неужто не прорвемся отсюда? Бойцы мы или говнюки послеэтого! Начштаба, - тише сказал командир полка. - Надо его наградить.Вырвемся, оформите...

   Они перешли улицу и скрылись в темноте, видно, пошли по цепи вофланговый батальон. Агеев опустился в пыльную канаву, вдруг почувствовав,как измотался за этот проклятый день - без ночного отдыха, после столькихволнений. Его голова стала медленно клониться на грудь, и только он наминуту забылся, как тут грохнуло, ослепило - первый разрыв вздыбилпоблизости землю, - немцы начали обстрел деревни. Он свалился в канаву, вкоторой, однако, долго лежать не пришлось - прибежал боец с приказаниемявиться к командиру полка. Под обстрелом они оба побежали из деревни вполе, заполошно шарахаясь от близко громыхавших разрывов, и едва разыскалимайора Попова, который лежал в свежей воронке на краю ржаной нивы. Сгруппой командиров он готовил прорыв и, как только Агеев свалился в еговоронку, встретил его злым упреком:

   - Долго заставляете ждать вас, Агеев!

   - Так я бегом...

   - Не бегом - пулей надо!.. Вот! Будешь командовать правой группойпрорыва. Ясно?

   Агеев помедлил с ответом, потому что, хотя и требовалось отвечать беззапинки, ему решительно ничего не было ясно. Скорее, все было совершеннонеясно.

   - Сорок человек, два пулемета. Ваш заместитель лейтенант Роговцев. Он вкурсе.

   - Есть! - вяло сказал Агеев.

   - И напор! Напор, напор! - более спокойным, чем прежде, голосомнаставлял командир полка. - Сразу навалиться, гранаты к бою, с ходупрорвать и - вперед! Сбор на северной окраине деревни Хотули. Понятно?

   - Ясно, - снова без должного энтузиазма ответил Агеев, потому что неимел представления, где были эти Хотули, где противник. Разве что об этом