Знак беды, часть 3

прохладная, как утром в ельнике, тень.

   Так, ничего не решив и ни на что не отважившись, Петрок миновал широкийдвор-площадь, с трех сторон зажатый домом, прошел еще немного и увиделсбоку очень красивый, из красного кирпича костел. В другой раз он бы,наверно, полюбовался им, но не теперь. Начиная уже волноваться, он нащупалпод булавкой Степанидины бумаги, хотел было достать кисет, закурить, нопередумал, повернулся и снова пошел к Дому правительства.

   На этот раз он не стал рассматривать его фасад и выбирать двери, сразуиз-за угла повернул к тем, что были поближе, за широким рядом каменныхступеней. На ступеньках и возле дверей никого вроде не было, но,присмотревшись, Петрок заметил за стеклом что-то белое, что сначалакоротко шевельнулось, а потом настороженно замерло. Это был милиционер,Петрок узнал его по белой рубашке, наискось перетянутой черным ремнем откобуры, и белой, со звездой фуражке на голове. Стало видать, чтомилиционер из-за стекла также принялся рассматривать Петрока, который ужевышел на середину двора, однако все больше замедлял шаг. Усилием воли онпринуждал себя идти, хотя ноги плохо подчинялись ему, упрямо норовилиповернуть в сторону, туда, где было много людей и куда не достигал взглядмилиционера. И так случилось, что ноги одержали верх над его намерением -свернули от прямого направления, и Петрок с радостным облегчением повернулпрочь со двора к улице, на тротуар.

   Тут он сбросил с себя напряжение, вздохнув, почувствовал, что весьмокрый от пота, словно на том прокосе в Бараньем Логу, и какое-то времяшел, сам не зная куда. Он корил себя за нерешительность, за то, что влез вэто дело, журил за дурной характер и уговаривал не волноваться, не боятьсяочень. Ну что ему милиционер? Разве он шел сюда с плохим намерением?Только спросить, как попасть к товарищу Червякову или хотя бы передатьбумаги. Разве он по своей воле или это личный его интерес? Он же дляобщего дела, считай, по поручению колхозников. Сам он здесь ни при чем,сам почти посторонний. Передаст и пойдет обратно, чего волноваться? И темне менее Петрок не в состоянии был унять в себе нелепого волнения и могзабрести неизвестно куда в незнакомом городе и потерять Дом правительства.Поняв это, Петрок остановился, немного расслабил правую ногу, которую,верно, уже стер окончательно, рукавом пиджака смахнул пот с лица. Нет, всеже он подойдет к милиционеру, чтобы только спросить, и ничего больше. Чеготут бояться?

   Петрок опять повернул по улице, стараясь не слишком обращать вниманияна сапоги. Как на беду, появилась и все больше стала напоминать о себеестественная человеческая надобность, но теперь было не до нее, и Петроктерпел. На углу этого огромного здания он замедлил шаг, чтобы хоть чутокприсмотреться и не сразу очутиться перед дверьми. Ничего, однако, не видя,прошел цветник и, сам не свой от волнения, повернул к ступенькам, боясьдаже глянуть туда. А как глянул, снова едва не споткнулся - возле тех жевысоких рей на крыльце стояли уже два милиционера в белом, молча уставясьна него, будто только его и ждали. Петрок, словно заяц в поле, описал поасфальту крутую петлю и чуть ли не бегом вернулся на улицу. Пока проходил