Фронтовая страница

этой специальностью. В начале войны он ушел в армию вместе со старшимбратом, который погиб в первом же бою. Возможно, именно по этой причинеЩербак стал не по годам строг, редко смеялся и относился ко всему снеюношеской серьезностью.

   Он не очень любил книжную науку, окончил всего шесть классов, но вработе и в людях разбирался неплохо. Если он копал огневую, то никто рядомс ним не хитрил, не волынил - все заражались его трудолюбием. А если кто иначинал подлениваться, то Иван подзывал его и говорил: "Подпрягайся.Полечу тебя, лодыря. Я выбрасывать - а ты подбирать". Тут уже лентяюприходилось попотеть!..

   И вот как-то нелепо Тимошкин потерял его. Невозможно было думать, чтоон погиб, скорее всего пошел другой дорогой, но боец не мог примириться стем, что друга не будет рядом. Через каждые пять минут он оглядывался,прислушивался, думал: а вдруг где-нибудь покажется в темени крутоплечаяфигура Ивана. Тимошкин уже начал жалеть, что послушался Блищинского и непошел по следу Щербака: может быть, отыскал бы его. Правда, след быстрозанесло снегом, а в то время, когда он еще был виден, теплилась надежда,что Иван скоро вернется.

   Снег все редел, редел и незаметно совсем перестал сыпать. Назаснеженной земле стало очень светло, во все стороны широко раскинулсяспокойный зимний простор, словно напоказ выставив в ночи все черные пятназемли, бурьян, виноградники, одинокие силуэты деревьев. И только даль нагоризонте под темным нависшим небом терялась во мраке. Мороз крепчал,ветер рвал полы шинели, и колени мерзли от стужи. Лица своего Тимошкин,кажется, не чувствовал, может быть, отморозил щеки, здоровую руку пряталза пазуху, раненая же застыла и мучительно ныла.

   Следы шагов Блищинского стали заметнее. Они привели бойца к какому-тоземляному валу, белевшему на равнине невысокой крутой хребтовиной.Блищинский, как это видно было по следам, взобрался на вал, очевидно,осмотрелся и уже потом, спустившись, пошел вдоль него. Тимошкин на вал неполез, а тихо побрел в ту сторону, куда повернул земляк.

   Он шел, пока вдалеке не появились деревья, там была дорога. Опасаясьпопасть в беду, Тимошкин приготовил автомат и не спеша вышел из-за вала,который тут обрывался. Кругом было тихо - глубокая зимняя ночь белесойпеленой укрывала землю. Возле дороги в канаве лежал на боку перевернутыйавтомобиль, какой-то груз густыми пятнами чернел на снегу рядом. Ничегоподозрительного там, кажется, не было, и боец, осторожно поглядываявокруг, двинулся к дороге.

   Он уже подходил к автомобилю, как вдруг ему показалось, что там кто-тоесть. Тимошкин остановился, всмотрелся: действительно, из-за машины торчалкороткий ствол автомата. Но вот ствол дрогнул, опустился, и на снег ступилчеловек, который потом злобно плюнул и закинул за плечо автомат. Это был,разумеется, Блищинский.

   - Ну что, дождался? Так где же дружок твои?

   Тимошкин уже не думал догнать его, увидеть снова; но одиночество,пожалуй, хуже врага. И боец в тот момент невольно обрадовался: хоть иникудышный он человек, его земляк, но казалось, вдвоем будет легче.