Фронтовая страница

   По присыпанному снегом жнивью они пошли к незнакомцу. Тот настороженнождал, прижимая к груди автомат, взятый на изготовку. Но вот стала виднаего перетянутая в талии шинель, затем шапка-ушанка, которая окончательноубедила, что это не немец. Щербак, идя впереди, спокойно забросил на плечоавтомат, Тимошкин и Здобудька всматривались в еще неясную в сумеркахфигуру. Человек, застыв на месте, тревожно ждал.

   - О, гляди - земляк твой! - оглянувшись, сказал Щербак.

   Подойдя ближе, Тимошкин действительно узнал своего земляка, писаряполкового штаба сержанта Блищинского. Давно уже, наверное от самойдунайской переправы, они не виделись, хотя и служили в одном полку.Правда, в этом не было ничего особенного - различными были их обязанности,и потому не очень часто сходились их стежки. Один нес службу при штабе, авторой все время был на передовой, копал окопы да таскал пушку.

   Блищинский тоже узнал Щербака и Тимошкина и, кажется, недовольный тем,что его задержали, сказал:

   - Давайте быстрее! А то немцы.

   Они оглянулись - действительно, надо было спешить, от поля недавнегобоя они отошли совсем недалеко. В стороне, где осталась их пушка,проворчала машина и послышались чьи-то приглушенные голоса. Хорошо, чтоснегопад надежно укрывал бойцов от чужих глаз.

   Щербак, не останавливаясь, подался вперед, а Тимошкин с Блищинскимпошли рядом. Было ветрено и не по-фронтовому тихо, только шуршала встороне кукуруза да впереди, где-то далеко, еле слышно изредка грохоталивзрывы. Блищинский шагал быстро, загребая сапогами снег, и, поглядывая посторонам, говорил:

   - Что, земляк, влопались? Опростоволосились! Ну, с кого-то погоныснимут. Такое нельзя прощать.

   - С кого же снимать? - сказал Тимошкин. - С тех, что в снегу остались?

   Не сбавляя шага, Блищинский сбоку глянул на земляка:

   - Я не о тех. Бери повыше. Тех, кто прошляпила все это...

   - Сила! Что сделаешь?

   - Сила! А у нас не сила? Вон от Волги до Будапешта дошли. Тут дело не всиле. Просто проспал кто-то. Артиллерии-то мало оказалось. Одна полковаянемного сделает. А ведь теперь придется опять отвоевывать. То же самое.

   - Да, это так.

   - Ну вот. Повторным заходом. Кровь проливать. А кровь-то не казенная.

   Чувствуя неоспоримую правоту этих слов, Тимошкин только вздыхал.

   - Вот из расчета втроем остались, - сообщил он земляку. - Двое убиты.Остальные ранены.

   - Что, прямое попадание?

   - Нет. Прямого не было. Так, осколками, - превозмогая боль, говорилТимошкин.

   Блищинский, идя впереди, удивленно оглянулся:

   - А пушку что ж - бросили?

   - Кукурузой закидали. Взорвать было нечем. Щербак вон в вещмешке клиннесет.

   Блищинский, не сбавляя шага, огляделся.

   - Вот как! Плохо ваше дело.

   - А что? - не понял Тимошкин.