Знак беды, часть 2

плавали-вихрились сизые космы табачного дыма. Громкий разговор мужчинразом прервался.

   - Вот и Богатька, - сказал из-за стола Левон и умолк.

   Она поздоровалась и присела на конце скамейки возле дверей, знала,спрашивать нечего, сейчас и без того все прояснится. Она только сдержанновзглянула на озабоченное, даже чем-то угнетенное лицо председателя,который сидел над какой-то бумагой, перевела взгляд на ладную, подтянутуюфигуру Новика, подпоясанную широким военным ремнем по защитного цветафренчу, его щегольские, с высокими голенищами сапоги, в которых онэнергично вышагивал между окном и печуркой и, видимо, говорил что-товажное перед ее приходом. Черный жесткий чуб его то и дело спадал на лоб,и Новик, энергично встряхивая головой, откидывал его назад. Возле порогаковырялся в печке Потапка - совал в топку толстые смолистые поленья, пламяот которых приятно гудело в когда-то побеленной, но порядком-такиобшарпанной крестьянскими спинами печке. Рядом со скамьи за нимвнимательно наблюдал Недосека, который, как и Степанида, был членомкомитета бедноты. Облезлый заплатанный кожушок на нем был широкораспахнут, в хате вообще было тепло.

   Помолчав, Новик твердо ступил по полу три шага и решительно повернулсяк столу.

   - Я уже сказал: главная опасность на данном этапе - это правый уклон.Нельзя допустить, чтобы темпы коллективизации замедлились. Тем болеесорвались. А у вас именно так: срыв! Головотяпство! Восемь собраний, и неможете организовать колхоз. Мягкотелость и попустительство классовомуврагу. Товарищ председатель, скольких вы раскулачили? - Новик вдруг живоповернулся на каблуках и оказался перед Левоном. Тот недоуменно поднялсвое большое одноглазое лицо с синим шрамом на левой щеке.

   - А кого раскулачивать? Голытьба.

   - Ах, голытьба? Так почему же твоя голытьба бойкотирует колхозноестроительство?

   - А потому, что боится. Не знает. Как будет в колхозе, не знает. Нешуточки...

   - Как будет, партия сказала. В решениях съезда Советов написано. Или выне разъясняли?

   - Мы разъясняли. Сознательная часть крестьян - за. Но сознательныхмало.

   - Сознательных мало? - подхватил Новик. - Прежде всего самим надо статьсознательными. А то вы сами - вы же заражены душком уклонизма. Я вотгляжу, частнособственнические тенденции для вас важнее, чем решенияпартии.

   Новик злился, это было видно по его нервным движениям, походке, потому, как он часто останавливался и бросал Левону обидные слова обвинений.Но и Левона, видно, доняло: покалеченное лицо его багровело все больше,единственный глаз под косматой бровью наливался внутренним гневом, и он невыдержал:

   - Ты уклонизмом меня не кори! Я не меньше твоего болею за колхозы. Якровь проливал за новую жизнь. Тебе хорошо ездить, требовать! А вот сядьна мое место, убеди! Чтобы согласились по своей охоте. Чтобы без нагана,как у некоторых...

   Наверно, Новик понял, что так получится не разговор, а ссора, да еще