Знак беды, часть 2

классовых интересов. И не знала, что делать.

   - Что ж, - понурившись, пробурчал за столом Левой. - Если так,проголосуем. Кто, значит, чтобы не раскулачивать, оставить...

   - Не так! - спохватился Новик. - Неправильно! Кто за то, чтобы ГужоваИвана раскулачить, поднять руки, - объявил он и высоко поднял свою руку.

   Возле печки охотно поднял руку Антось. (Потап Колонденок, стоя наколенях у топки, оглянулся с раскрытым ртом, как на что-то оченьлюбопытное, смотрел на голосование.) Степанида, пряча глаза, скосилавзгляд в сторону стола, чтобы увидеть, как поступит Левон. Тот, однако,еще больше навалился грудью на стол, а руки не поднял.

   - Два всего, - недовольно сказал Новик и опустил руку. - Кто противраскулачивания?

   Не поднимая головы от стола, двинул в воздухе кистью Левон, и Степанидатакже немного приподняла руку.

   - Два на два, значит! - разочарованно объявил Новик. - Дела! А ты,Гончарик? - вдруг уставился он в Василя, и Степанида сообразила, чтопарень не голосовал ни в первый, ни во второй раз.

   - Я воздержался, - просто сказал Василь.

   - Как это воздержался? - встрепенулся Новик и вскочил со скамьи. - Какэто воздержался? Ты комсомолец, демобилизованный красноармеец? Собираешьсяслужить в красной милиции и воздерживаешься от острой классовой борьбы?Так что же ты, сознательно играешь на руку классовому врагу? - гневнокричал он, все ближе подступая к Василю. Тот беспомощно заморгалкрасивыми, словно у девушки, глазами.

   - А если я не разобрался!

   - Разбирайся! Дело коллективизации под угрозой срыва. А он неразобрался! Три минуты тебе на размышление, и чтобы определился: кто? Заколхозную политику или против колхозной политики? Определи своеполитическое лицо.

   Степанида поняла: сейчас что-то решится. От Василева голоса будетзависеть судьба Гужовых, а может, и всего их колхоза.

   Действительно, Василь думал не более трех минут, что-то прикидывал,нагнув лицо к полу, и его пальцы на колене в синем галифе легонькоподрагивали. Новик, стоя напротив, ждал.

   - Ну?

   - Так, хорошо. Я - за, - решил Гончарик и выпрямился.

   Новик круто повернулся к Левону.

   - Все! Принято! Большинством голосов. Оформить в протокол. Гужов Иванподлежит раскулачиванию.

  

  

  

  

  

  

  

   Если бы дано было человеку хоть немного заглянуть вперед, увидетьуготованное ему, но пока скрытое за пластами времени, то, что со всейочевидностью откроется в наплыве грядущих дней. Где там! Не может человекузнать ничего из своего будущего и, бывает, радуется тому, что вскореобернется причиной горя, а то горько плачет над тем, что потом вызоветразве что усмешку.

   Степанида в тот вечер все же не миновала ликбеза и хотя не похвалилась