Знак беды, часть 2

фельдфебель и подступил на шаг к полицаю.

   - Я же говорю, пан офицер, приказано всем на картошку. Панбургомистр...

   - Вас ист дас? - добивался фельдфебель, и Гуж на этот раз проглотил всеслова. Вытянувшись и вытаращив глаза, он молча стоял перед немцем, которыйвдруг встрепенулся и как-то очень ловко снизу вверх ударил его два раза -по одной и по другой щеке. Полицай отшатнулся с винтовкой, облапистоприжал ее к боку, растерянно моргая глазами, верно, в ожидании новыхоплеух. Но фельдфебель больше не бил, вместо того ткнул коротенькимпальчиком в ворота. - Вэк!

   И когда Гуж то ли испуганно, то ли с облегчением подался со двора,фельдфебель презрительно процедил сквозь зубы:

   - Ванютши полицайшвайн...

   - Ага, правильно вы его. Нехороший человек, - не удержался Петрок,весьма довольный таким оборотом дела. Он весь затрясся от радости, нофельдфебель как-то странно взглянул на старика, будто впервые увидел еготут, и недобро сощурил глаза.

   - Официрклозет фертиг?

   - Га?

   - Там готоф? - указал он на огород.

   - Так где же готов, когда этот приперся, - спохватился Петрок,догадавшись, о чем спрашивает немец. Но тут же он замолчал, заметив, какфельдфебель украдкой заходит сбоку, и прежде, чем он что-либо понял,острая боль от удара сапогом в зад заставила его отскочить на три шага кограде. "О божечка мой!" - только успел подумать Петрок и как ошпаренныйвылетел через дыру в огород.

  

  

  

  

  

  

  

   Степанида сама не знала, как пережила тот страшный предутренний час,когда немцы трясли усадьбу, переворачивали всю утварь. То, что ночью никтоее не заметил, было уже ясно, но оттого не становилось легче, думалосьразное. Опять же винтовка пропала именно здесь, на хуторе, и этого,наверно, было достаточно, чтобы жестоко расправиться с хозяевами. Странно,как это вчерашней ночью, охваченная неодолимой жаждой мести, она неподумала о том. Зато под утро от этих мыслей ей стало страшно.

   Но пока все обошлось, немцы вымелись на работу, при кухне остался одинтолько Карла, и ей приказали ему помогать: сначала чистить картошку (триполных ведра), потом перемыть две дюжины плоских котелков с крышками; ещеКарла заставил ее оттереть песком два закоптелых чана и вдобавок постиратькакие-то кухонные тряпки в горячей воде с мылом. Нарочно не торопясь, безовсякой охоты она делала все это, и постепенно, по мере того, как отходилаот утреннего испуга, в ней росло беспокойство за поросенка: как он там?Надо было его накормить, а то еще завизжит на всю округу, кто-то наткнетсяи выпустит или украдет, что тогда в хозяйстве останется?

   Но Карла ни на шаг не отпускал ее от кухни, находил разную работу, иона молча, безотказно все делала. Обедать немцы на хутор не приезжали,может, вышла какая неуправка с мостом или отрабатывали за вчерашнийпраздничный день. Приехали они перед сумерками и сразу обсыпали кухню,