Знак беды, часть 2

чтобы он, посторонний здесь человек и, наверно, какой-то начальник, понял,что совершается несправедливость, и заступился. Она жаждаласправедливости. Но в хате по-прежнему все молчали, молчал и этот мужчина,упрямо пряча глаза и даже не взглянув на нее. Тогда она закричала громче:

   - Это же с ума сойти надо! Левон! Надо в Москву ехать, к самомуКалинину. Ты же свой, местный, как же так можно! Надо жаловаться. Нельзяже так! Не по-человечески это.

   - А ну тихо, тетка! - прикрикнул зло Космачев. - Товарищ Гончарик, чегостоите? Успокойте гражданку!

   Вася обернулся от окна, и на его молодом краснощеком лице отразилисьтакая мука и растерянность, что Степанида вдруг осеклась и погодя махнуларукой.

   - К черту вас всех! Делайте что хотите! Но без меня!

   Она повернулась и бросилась к двери, размашисто хлопнув ею снаружи.Дверь не закрылась, тогда, вздохнув, она вернулась и плотно прикрыла ее.

   Степанида бежала утоптанной дорогой в свою Яхимовщину, и слезы лилисьпо ее озябшим обветренным щекам, а внутри у нее все кричало, и она незнала, что делать. Только чувствовала с необычайной отчетливостью, чтосейчас же надо что-то сделать, куда-то бежать, обратиться к кому-то. Нокуда бежать и к кому обращаться?..

   А может, к Новику? Все же свой, деревенский, теперь, говорят, немалыйначальник. Ведь он в прошлый раз вел разговор об одном Гуже, не называяникого больше. Он ведь знает этих людей, какие же они кулаки?Пожаловаться, пусть отменит этот приказ на раскулачивание. Мало ли чтонаписала газета? Посмотреть, кто написал в нее - недоумок зеленый, кастратнесчастный, ни парень, ни девка, паскудство одно. Так его слушаться?

   Степанида прибежала на хутор, заглянула в хлев, где обычно возилсявозле скотины Петрок, но Петрока там не было, не было и саней возле хлева.Уж не поехал ли он за дровами? Давно собирался, говорил: пока не отобраликоня, надо хоть навозить дров. Пускай возит. Она забежала в хату, в уголкесундука у нее была припрятана завязанная в носовой платок трешка.Приберегала на крайний случай, но, наверно, крайнего уже не будет.Подумав, прихватила еще корзинку, бросила туда свежий платок, отрезалаломоть хлеба. Не близкий свет Полоцк, когда доберешься до него? Но изместечка кто-то да поедет. Забежать к Лейбе, он извозчик, может, свезет.Не хватит денег, чтобы уплатить, попросит в долг, потом заплатит яйцамиили чем-либо еще. Лейба был человек сговорчивый, мог и подождать до весныили до лета. Не ругался, не попрекал, как другие.

   Было уже не рано, солнце осело в тучу на западе, мороз ослаб, ночью,похоже, повернет к оттепели. В ветвях лип насело воронья, драчливовозились там, каркали, наверно, действительно нахлынет оттепель илиподнимется ветер.

   Степанида спешила. Чтобы сберечь время, свернула с дороги на тропкучерез молодой соснячок, чем срезала лишних полкилометра пути. Тропка былане очень утоптанная - несколько пар ног прошло по снегу, - но теперь,после оттепелей и морозов, снег держал хорошо, только в самом соснячке былрыхловат, и она раза два провалилась. Стало жарко, она немного распустила