1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Западня

оглянулся. Вдоль всей траншеи над бруствером торчали, шевелились каски,стволы винтовок, короткие дула автоматов. Видимо, то, что он остановился,не входило в их расчеты, и несколько голосов закричало:

   - Рус, шнель! Дом, дом шнель! Рус пуф-пуф! - Потом раздался хриплыйсолдатский хохот.

   "Почему же они не стреляют? Почему не убивают? Чего медлят?" Удивлениеисподволь начало перерастать в тревогу, которую уже не могло заглушить ибезнадежное ожидание смерти. Встревоженный, он почувствовал, что все нетак просто, что Шварц-Чернов что-то затеял - не худшее ли, чем самагибель? Возбужденный и озадаченный, он был не в силах сообразить, чтопроисходит. Он лишь чувствовал опасность сзади, все дальше отходил от нееи невольно прибавил шаг. В то же время он был твердо уверен, что с этогосклона они не выпустят его живым. Может, впереди минное поле? Может,ударит вчерашняя автоматическая пушка?

   И он шел. Вот уже и дорожка с бурьяном в канавках, рядом распластанноетело в шинели - кто-то ихний. Но Климченко даже не взглянул на труп.Неподалеку второй - с взъерошенными на спине остатками вещмешка. Лейтенантузнал гармониста и запевалу Прошина.

   Он все быстрее шагал вниз, вниз к оврагу и, напрягаясь каждым нервом,ждал. Но там, на высоте, молчали. До него долетали лишь бессвязные чужиеголоса и хохот.

   Наконец он отошел настолько, что убить его первыми выстрелами было ужене так легко. Он снова оглянулся - нет, за ним не бежали. И тогда все егосущество вдруг окрылило желание: "Жить! Жить! Жить!" Пригнувшись, онрванулся что было сил вперед, побежал сверху вниз по полю, шатко,неуверенно, от слабости почти не управляя телом и все время ожидая, каккакого-то оправдания, как исхода мучительной неопределенности, выстреловоттуда, с высоты.

   Но выстрелов не было. Ни одного. Ниоткуда. Высота замерла, притаилась,стихла. Тогда его внезапно охватил мгновенный, не осознанный еще страх. Онспоткнулся - ослабевшие ноги не держали его. Бессмысленным, блуждающимвзглядом лейтенант глянул вниз, где уже так близко было спасение, и:остановился как вкопанный.

   По всему берегу оврага, из траншей и окопчиков-ровиков торчали каски,шапки автоматчиков. Он не видел еще ни их лиц, ни взглядов, но что-тострашное вдруг подсознательно передалось ему. И он отчетливо, как этоможет быть только за секунду до смерти, понял, что и для этих людей онпочему-то стал врагом.

   Это новое открытие ошеломило его. Что-то в нем сразу надломилось. Ногисами рванулись в сторону. Не зная и не понимая, что случилось и что делатьдальше, он обежал по стерне кривую - безвыходную замкнутую петлю, - ещераз увидел молчаливую высоту и тогда окончательно понял, _что_ произошло.

   Климченко опустил руки; голова его бессильно поникла на грудь. Шатаясьот ветра, он медленно побрел в овраг. Там увидел чьи-то руки насвеженарытой земле, пустые закопченные гильзы, рассыпанные в сухой траве,клочок газеты, прибитый ветром в бурьяне. Дойдя до обрыва, он немногобоком, чтоб не свалиться, ступил в него, потом, едва держась на ногах,сошел вниз. Рядом были люди. Они все молчали. Из-под ног лейтенанта

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28