Журавлиный крик

   Глечик тащил пулемет, тяжелый клубок металлических лент и теперь уже нечувствовал никакого страха. Эта вылазка даже понравилась ему, он продолжалвосхищаться своими друзьями, учинившими такой разгром. Казалось даженевероятным, что пятерым бойцам удалось так искромсать прославленнуюгерманскую технику, разгромить тех самых немцев, которые завоевали Европуи которых от самой границы не могли остановить наши дивизии. Глечик не могпонять всего, но чувствовал, что а Карпенко, и Свист, может, и Овсеев завнешней своей простотой и неуклюжестью таят в себе что-то надежное исильное. И только в нем, Глечике, видно, не было никакой военной силы, ипоэтому он боялся и переживал: столько страху в недавнем бою натерпелосьего мальчишечье сердце! Но он старался душить в себе этот страх, хотелхоть чем-нибудь помочь в том общем деле, которое творили они. Теперь же,познав радость первой победы и слегка успокоившись, он готов был сделатьвсе, что угодно, и для командира Карпенко, и для отважного Свиста. До слезжаль было беднягу Фишера, с которым они даже немного подружились впоследние дни и обычно ели из одного котелка. Молодой, одинокий иискренний Глечик тянулся к ним - к этой маленькой группке бойцов, вкоторой и он постепенно стал находить себя.

   - Вот это дело, - сказал Карпенко, когда они подошли к траншее. - Вотза это хвалю.

   Он перенял от Глечика его ношу, бережно осмотрел новенький пулемет,схватил и потянул на себя огромной пятерней рукоятку.

   - Трофей, - засмеялся Свист и спрыгнул в траншею к командиру. - Ашамать нечего. Была торба галет, да и та обгорела. А это тебе, командир, -все легче твоего пудового "дегтяря".

   Карпенко вертел в руках пулемет, осматривая его со всех сторон,подергал затвором, прицелился, вскинув на руку. Пулемет ему явно нравился,но старшина все еще что-то взвешивал.

   - А патроны? - спросил он Свиста. - Это и все? Нет, брат, не пойдет.На, Овсеев, осваивай, воевать будешь, а мне "дегтярь" больше по сердцу.

   Свист, удивившись, присвистнул и тронул на вихрах пилотку.

   - Ну и зря. Я его сам взял бы, да ПТР - с двумя не сладишь.

   Овсеев без особой радости взял пулемет, а Витька, запустив руку вглубокий карман своей шинели, что-то достал и сунул под нос старшине.

   - Ну, а на это что скажешь? А?

   Карпенко осторожно взял с его ладони круглые карманные часы на длиннойблестящей цепочке, заскорузлыми большими пальцами бережно открыл футляр,покрутил головку. Это были великолепные карманные часы с секунднойстрелкой, выпуклыми, светящимися во тьме цифрами на кремневом циферблате.

   - Пятнадцать камней, анкерный ход - вот, брат, трофей! - хвастал Свист.- Хочешь, бери. На именины не подарю, а теперь - пожалуйста.

   - Смотри ты, ладная штуковина: пятнадцать камней, говоришь? - не товсерьез, не то с иронией спросил старшина. - Молодец ты, Свист, молодчина.Этак через годик-два из тебя отличный мародер получится. Первый сорт,ярина зеленая!

   - Ну скажешь еще - мародер! - засмеялся Свист. - Не хочешь, давай сюда.