Его батальон, часть 2

   Волошин лихорадочно зашарил по склону высоты биноклем, но склон былпуст, разрытый снарядами его верх чернел пыльными пятнами, бруствертраншеи местами был разворочен до бурой глины, немцев там не было видно.Очереди тоже как будто заглохли. Прошло минут пять, и с высоты недонеслось больше ни единого выстрела.

   Может, все это им показалось? Может, стреляли немцы? - неуверенноподумал комбат. Тем не менее тревога за судьбу Нагорного колючей занозойвонзилась в его сознание и не давала успокоиться. Судьба этой горсткибойцов была целиком на его совести, тут уж он ни в малейшей степени ни накого сослаться не мог.

   Однако неужели Нагорный ворвался в траншею?

   То, что еще недавно казалось комбату желанной удачей, теперь почтивызывало испуг, и он замирал в предчувствии, что именно так и случилось.Но тогда что ж! Тогда сержант там обречен и погибнет, пока батальон будетсидеть на исходной позиции и ждать, что предпримет начальство. Сам он,конечно, предпринять ничего уже не мог.

   А может, это им показалось? Может, Нагорный где-либо схоронился вворонках, дождется ночи и выберется обратно? Или он давно уже погиб?Погибший, он не вызывал тревоги, разве что слабое, почти привычное длякомандира чувство человеческой жалости, слишком обычной в подобныхслучаях. Волошин обвел взглядом лица командиров в траншее, но лица этибыли мрачно-спокойными, похоже, никто из них особо не вслушивался вредкие, почти случайные выстрелы на высоте. Разве что Гутман...

   Но Гутман, кажется, уже был занят другим. Обернувшись в траншее, оннедолго повглядывался в тыл и предупреждающе окликнул комбата:

   - Товарищ капитан!

   Волошин оглянулся. В сбегавшей к болоту гривке кустарника с пригоркавниз пробиралась группа людей, в первом из них, в накинутой поверх шинелипалатке, он сразу узнал командира полка.

   Так вот почему его не оказалось в штабе!

   Впрочем, все было в порядке вещей. Произошла неудача, и начальствопожаловало в батальон, чтобы во всем разобраться на месте. Что ж,возможно, так оно и лучше. Может, майор еще и наблюдал все это побоище,значит, долго объяснять ему не придется.

   - Гутман! - окликнул он ординарца. - Бегом в девятую взять сведения опотерях!

   Минуту спустя в траншейке стало тесно от невпроворот набившихся в неелюдей. Командир полка прибыл сюда со всей своей свитой: адъютантом,ординарцем, заместителем по политчасти майором Миненко; сюда же прибежал иМаркин, и двое проверяющих из штаба полка. Хорошо, что бризантный обстрелпрекратился и редкие разрывы грохали теперь в стороне совхоза, а то быодного меткого залпа было достаточно, чтобы обезглавить полк.

   Волошин, отстранив к стенке начхима, торопливо протиснулся навстречукомандиру полка.

   - Товарищ майор, атака не удалась, батальон отошел...

   - Кто разрешил? - резко перебил его командир полка.

   - Не было связи. Немецкая артиллерия...

   - Кто разрешил? - жестче прежнего оборвал его командир полка,