Его батальон, часть 2

Конечно, это его право распорядиться приданной артиллерией, имея в видуглавную задачу, но ведь Кизевич вплотную приблизился к своей удаче или кпогибели. По существу, вся судьба девятой решалась в эти короткие секунды,как было не пособить ей?

   - Два снаряда всего, - умоляюще сказал Волошин, едва сдерживая быстронакипавший гнев. - Два снаряда!

   - Нет! - отрубил Маркин. - Открывайте огонь для седьмой.

   Иванов чужим голосом скомандовал доворот от репера и отвернулся сбиноклем в руках, а Волошин на коленях бросился к пулемету. Дрожащимируками он снова навел его на верхушку "Малой". Наверное, следовалопроверить наводку, но он, весь горя бешенством, надавил спуск, потом,прицелясь, еще и еще, пока пустой конец ленты не выскользнул из приемника.

   С успокоительным сознанием исполненного он выглянул из-за колесапулемета: на высоте за болотцем ветер сносил последние клочья пыли, и онподумал, что стрелял не напрасно. Серые неуклюжие вдали фигурки, которыекопошились на склоне, оказались в какой-нибудь сотне метров от немецкойтраншеи. Но фигурки не торопились. Ругая их про себя за медлительность, онс неприязнью подумал об их командире Кизевиче, который, впрочем, никогдане отличался сноровкой, всегда медлил и опаздывал. Но вдруг он увиделнесколько мелькнувших на самой высоте человек, которые тут же неизвестнокуда и пропали, наверно, соскочили в траншею. Там, вдали, слабо бабахнулиразрывы гранат, еще кто-то промелькнул на гребне задымленной высоты, и онобрадованно понял: ворвались! Теперь для девятой все будет решаться втраншее.

   - Кизевич ворвался! - крикнул он Маркину и схватил из-под ног новуюкоробку с патронами. Безразличный к его словам Маркин сидел на скосеворонки, со злым видом уставясь на телефониста, который встревоженнымголосом вызывал в трубку "Березу", и Волошин понял, что связь с огневойоборвалась. Окончательно убедившись в этом, телефонист бросил на аппараттрубку и чуть приподнялся, чтобы выскочить из воронки на линию. Но неуспел он сделать и шага, как, ойкнув, схватился за грудь и осел к ногамИванова.

   - Сыкунов, что? Куда тебя, Сыкунов? - всполошился Иванов, обеими рукамихватаясь за связиста и пытаясь расстегнуть неподатливые крючки его шинели.Но лицо телефониста быстро бледнело, веки странно задергались, и слабеющимголосом он выдавил:

   - Я все... Убит я...

   Кажется, он действительно был убит, полузакрытые глаза его остановилисьна какой-то далекой точке, рука упала с груди, и Иванов опустил его на дноворонки.

   - От черт!

   Рядом вскочил на колени Маркин.

   - Мне нужен огонь! Огонь мне, капитан! Посылайте этого! - указал он наГайнатулина. - Эй, слышь? Быстро на линию, устранить порыв!

   Гайнатулин, сморгнув глазами, перевел взгляд на Волошина.

   - Вряд ли сумеет, - сказал Волошин. - Он из новеньких.

   - А мне наплевать, из новеньких или из стареньких. Мне нужна связь. Уменя атака срывается.

   Связь, конечно, нужна, подумал Волошин, но зачем же так грубо? Он