Его батальон, часть 1

   - А что, он вас прогоняет отсюда? - холодно спросил генерал.

   - Отправляет в тыл.

   - Таков приказ по полку, - сдержанно объяснил комбат. - СанинструкторВеретенникова комиссована как непригодная к строевой службе. А вы, товарищмладший сержант, должны бы знать, как в армии полагается обращаться кстаршим начальникам!

   Веретенникова, однако, оставив без внимания его слова, по-прежнемудержала руки по швам и, не сводя глаз с генерала, ждала ответа. Генераледва заметно повел левым плечом:

   - Я не могу этого решить. Обращайтесь к вашему непосредственномуначальству.

   Девушка обиженно прикусила губу и резким, почти демонстративнымдвижением рванула вперед санитарную сумку. Генерал повернулся раной ксвету, Веретенникова бегло осмотрела его висок.

   - Надо остричь.

   - Всего? - удивился генерал с нотками юмора в голосе. Веретенниковагенеральский юмор оставила без внимания:

   - Вокруг раны.

   - Ну что ж! Стриги, если есть чем.

   - Найдется.

   Она вынула из сумки ножницы и довольно ловко остригла седоватый високгенерала. Генерал поморщился, терпеливо пережидая парикмахерскую операцию.Затем Веретенникова достала из сумки сверток бинта, и ее маленькие руки вподвернутых рукавах шинели начали ловко выстраивать сложную схему головнойповязки. Несколько раз обмотав бинтом голову, она пропустила его подчелюсть, и это не понравилось генералу:

   - Отсюда убери. Шея у меня здоровая.

   - Так надо, - сказала Веретенникова. - Согласно наставлению.

   Генерал резко повернулся к ней всем своим грузным телом:

   - Какое наставление! Мне руководить войсками, а вы из меня чучелоделаете!

   - Иначе повязка не будет держаться.

   - Тогда ты не умеешь перевязывать.

   - Умею. Не вас первого.

   - Сомневаюсь!

   - Так перевязывайтесь сами!

   Точным сильным рывком она оборвала бинт, и не успели еще присутствующиев землянке что-либо понять, как взметнулась на входе палатка исанинструктор исчезла в траншее.

   - Что за безобразие! - почти растерялся генерал. Возле его уха виселидлинный и короткий несвязанные концы бинта. Все время молчавший майорвскочил с соломы и угрожающе бросился к выходу:

   - Товарищ санинструктор! А ну вернитесь!

   - Не вернется! - тихо сказал в углу Гутман, и Волошин, едва сдерживаягнев, выразительно взглянул на него. Но майор уже обращался к командирубатальона:

   - Как то есть не вернется? Комбат!

   Это был приказ, комбат обязан был что-то предпринять, чтобы выполнитьволю начальства, и, хотя сам почти был уверен, что Веретенникова невернется, решительно вышел в траншею:

   - Младший сержант Веретенникова!

   Ночь ударила в лицо глухой молчаливой тьмой, ветер крутил над траншеей