Его батальон, часть 1

с упрятанными под брови маленькими глазками мелькнуло отражение какой-томучительной мысли.

   - Конкретно - по шестьдесят пять штук.

   - А к трофейному кольту?

   Остановив на комбате взгляд, старший лейтенант недоуменно сморгнулглазами:

   - А что трофейный? Он так.

   - Как это так?

   - На повозке лежит. Что, я из него стрелять буду?

   - Почему вы? У вас есть для того пулеметчик.

   Кизевич, как видно, уклонялся от прямого ответа, и комбат, в упоруставясь в него, со значением постучал карандашом по сумке. Как всегда,прижимистый командир девятой старался обойти самые неприятные для себямоменты, так как, наверно, уже чувствовал, чем это ему угрожает. Комбатподумал, что надо, не откладывая, разоблачить этого ротного, однакодоклады не были окончены, еще оставался Ярощук, и Волошин, вздохнув,кивнул в темный задымленный угол:

   - Командир взвода ДШК.

   - Взвод ДШК пока что хлипает. Трое раненых, а так все налицо. Дварасчета, два пулемета. Одна повозка, две лошади.

   - И все?

   - Все.

   - А патроны?

   - Есть немного. Пока хватит, - заверил Ярощук, и Волошин с некоторымнедоверием посмотрел на него. Наверно, в словах младшего лейтенанта былонечто такое, что заставляло усомниться в их достоверности, но взвод ДШКнедавно вошел в батальон, Ярощук был "чужой" командир, подчиненный комбатутолько на время наступления, и Волошин, подумав, не стал к немупридираться.

   Доклады были окончены, комбат подбил в блокноте небольшой итог, ибоевые возможности батальона стали ему понятны до мелочей. Что и говорить,возможности эти оказались более чем скромными. Грак выключил фонарик, вблиндаже стало темнее. Провод, потрескивая, вонюче дымил в углу.

   - Товарищи командиры. Судя по всему, завтра придется брать высоту.Приказа еще нет, но, я думаю, будет. Так что, не теряя времени, давайтеготовиться к атаке.

   В блиндаже все притихли. Самохин подчеркнутым жестом швырнул от себясоломину, Муратов напряженно вгляделся в комбата. Ярощук сгорбился, сжалсяи стал совсем неприметным в полумраке задымленного подземелья. Кизевич судивленным видом вытянул из ворота полушубка свою тощую кадыкастую шею.

   - Если дивизиона два поработают, может, и возьмем, - сказал он.

   Комбату эти слова не очень понравились, и он нахмурился.

   - Насчет двух дивизионов сомневаюсь. Боюсь, как бы дело не ограничилосьодной батареей Иванова.

   Кизевич удивленно хмыкнул.

   - Иванова? Так она же сидит без снарядов. Утречком мой старшина ходил,говорит, сидят гаубичники, а промеж станин по одному ящику. Хоть стреляй,хоть на развод оставляй.

   Волошин не перебивал его, выслушал со сдержанным вниманием и спокойнозаметил:

   - Снаряды подвезут. А вы обеспечьте людей гранатами. Понадобятся.