Его батальон, часть 1

Старшина Грак!

   На пороге встрепенулась темная фигура Грака.

   - Я вас слушаю.

   - У вас был ящик с КС. Разделите его между ротами.

   - Есть!

   - А у вас, старший лейтенант Кизевич, трофейный кольт, значит, наповозке?

   - На повозке. А что?

   - Передайте его Муратову. Он найдет ему лучшее применение.

   Кизевич болезненно напряг свое узкое с горбинкой на носу лицо.

   - Это за какие заслуги?

   - Так надо.

   - Надо! Надо было свои беречь. А то свои поразгрохали, а теперь начужие зарятся.

   - Я у вас ничего не прошу! - вспыхнул Муратов.

   - Ну и нечего тогда говорить. А то кольт, кольт...

   Командир батальона спокойно выслушал короткую перепалку ротных,которая, впрочем, была здесь не впервые. Хозяйственный Кизевич не любилделиться чем-либо с соседом, хотя иногда и вынужден был делать это, потомучто и у него случались прорехи, когда требовалась помощь хотя бы того желейтенанта Муратова. Отчасти он был в этом прав, так как не в примермногим умел беречь и людей и имущество. Однако комбат теперь виделпотребность усилить восьмую хотя бы за счет девятой. Сделав вид, чтоничего необычного не произошло, он сказал ровным голосом:

   - Патроны отдайте тоже. Сотни три их должно у вас быть. А чтобы Муратовне искал у себя пулеметчика, передайте и его. Сипак, кажется, его фамилия?

   - Какой Сипак! Сипак на прошлой неделе убит. Новый пулеметчик.

   Комбат смолк, почувствовав болезненную неловкость от этого известия, -Сипака он помнил давно, еще с формировки, и вот, оказывается, его уже нет.Совсем некстати припомнился ему этот боец, все-таки комбат должен былзнать, что он погиб. Каждая такая потеря тяжелым камнем ложилась на егодушу, и нужно было усилие, чтобы выдержать этот груз. После недолгой паузыкомбат приказал с прежней твердостью:

   - Передайте нового.

   - Едрит твои лапти! Еще и нового! Что у меня, запасной полк, что ли? -развел руками Кизевич. Комбат никак не отреагировал и на это, смолчал,давая понять, что вопрос решен окончательно. Кизевич, однако, разошелся нена шутку:

   - Как только что, все у девятой. Кольт! Может, на кольт у меня главныйрасчет был. Я уже из него все ориентиры пристрелял. А теперь получается:отдай жену дяде...

   - И правильно. Чтоб не хитрил, - тихо вставил Самохин.

   - Ага! А ты не хитришь? Честный какой!

   - Не в том дело, - несколько другим тоном сказал Самохин. - Что тамкольт! Ты вот лучше спроси, какого рожна мы эту высоту вчера не атаковали?Зачем столько волынили? Ждали, пока немцы окопаются?

   Кизевич повернул к комбату мрачное, расстроенное лицо. Все, кто был вблиндаже, тоже насторожились, ожидая ответа на вопрос, который теперьтревожил их всех, но Волошин и сам не находил на него ответа и, чтобы нелгать, решил отмолчаться, что, однако, не успокоило ротных.