Дожить до рассвета, часть 2

по снегу от стожка - наискосок через огород, к соседнему дому. На секундурастерявшись, Ивановский присел и, кажется, очень вовремя: тут же отпостроек бахнул одиночный выстрел, пуля звучно щелкнула в намерзших ветвяхкустарника. Но он уже был наготове и с колена коротко тыркнул по серомууглу за изгородью, потом другой очередью - ниже, по беглецу, который ужевот-вот готов был скрыться в тени постройки. Последние его пули были,однако, излишними - немец сразу ткнулся головой в снег и застыл там;Ивановский, тут же выбросив левую лыжу на крутой разворот, схватил однупалку. Вторую впопыхах он уронил в снег и только нагнулся за ней, как всумерках двора опять сверкнула красноватая вспышка, и он тихонько ахнул отглубокого, острого удара в спину. Сразу поняв, что ранен, вгорячах бешенорванулся на лыжах с этого огорода, туда, где ждал его Пивоваров.

   Видно, замешкавшись, немцы подарили ему четверть минуты дорогого длянего времени. Он уже проскочил половину межевой посадки, а они тольконачали выбегать откуда-то из дворов на огород. Кто-то закричал тамповелительно и строго, и вот человек пять их пустились вдогонку. Он ясноувидел их, оглянувшись, и на секунду замешкался, соображая, остановитьсяему, чтобы огнем из ППД умерить их прыть, или скорее ускользать в темноту.Но у него уже не получалось скорее, он быстро слабел от боли, едвауправляясь с лыжами.

   Сзади несколько раз выстрелили, часто и не очень звучно, похоже, изпистолетов, но он все же оторвался от них, теперь попасть в него былотрудно. И все же одна пуля ударила куда-то под самые ноги. Он, неоглядываясь, пригнулся пониже и изо всех быстро убывающих сил старалсяпобыстрее вырваться из этого огорода. Но вот и еще одна пуля протянуласвою визгливую струну над самой его головой, он вскинул автомат, чтобыдать очередь, как откуда-то спереди сильно и звучно бахнуло раз и второй.Он понял радостно, почти спасительно: это Пивоваров - выстрел своейтрехлинейки он бы узнал где хочешь. Из сумерек еще и еще, почти навстречуему один за другим сверкнули три частых удара, пули прошли совсем рядом,но он был уверен: своя пуля его не зацепит.

   - Скорее, товарищ лейтенант!

   Ивановский упал, немного не дойдя до изгороди, но не от боли в груди,которая быстро завладевала всей его правой половиной тела, а оттого, чтоне хватало дыхания. Он задохнулся. Но он знал, что Пивоваров уже где-торядом и не оставит его.

   Сплюнув снег, он тут же попытался подняться, но ноги его странноотяжелели, к тому же мешали скрестившиеся при падении лыжи. Одна из нихвовсе соскочила с ноги, тогда он дернул другой и тоже высвободил ее изкрепления. Сзади еще хлопнуло несколько выстрелов, но, похоже, его непреследовали, их задержал Пивоваров, который и выбежал к нему из сумерек.

   - Товарищ лейтенант!..

   - Тихо! Дай руку.

   - Я уложил там одного! Пусть теперь сунутся...

   Кажется, он не очень и удивился его ранению, быстро помог подняться,но, видно, бойца занимало другое, и он даже не пытался скрыть это. Похоже,он и не догадывался, как просто теперь их могли уложить тут обоих.