Дожить до рассвета, часть 2

   - Ну. Только вы... Как вы тут?..

   - Как-нибудь. Я подожду.

   Еще не совсем стемнело, но Пивоваров поднялся и, не мешкая, сталсобираться в дорогу. Первым делом он стащил с ноги кирзовый сапог иперемотал портянку. Потом вынул из вещмешка два сухаря, сунул в карман;вещмешок переставил ближе к Ивановскому.

   - И это... Автомат возьму - ладно?

   - Возьми.

   - С автоматом, знаете... Увереннее.

   Лейтенант видел, Пивоваров не мог сдержать радости, получив такоеоружие, о котором мечтал каждый боец на фронте. Автоматы были еще вновинку, пехоту почти сплошь вооружали винтовками. Ивановский сам получилего накануне выхода: генерал, раздобрившись, приказал своему коноводупередать автомат лейтенанту. Конечно, теперь в их положении оружие решалоесли не все, то многое, на извечной силе оружия держались мизерные ихвозможности.

   - А винтовка пусть здесь побудет. В случае чего вам сгодится.

   Лейтенант не возражал, и Пивоваров снял с ремня оба брезентовыхподсумка, звякнув обоймами, положил их на пол возле скамейки.

   - Винтовка хорошая: бой в самую точку. Старшина пристреливал.

   Ивановский, рассеянно слушая бойца, думал, что винтовка, несколькообойм патронов, противотанковая граната и две бутылки с КС - наверно,этого будет достаточно. Повезет - он дождется Пивоварова с лыжами, и,может, они еще что предпримут. А нет - придется стоять за себя до конца.

   Пивоваров перемотал и другую портянку, подтянул ремень и с видимымудовольствием закинул за плечо автомат. Похоже, он уже был готовотправиться в недалекий, но, кто знает, вряд ли безопасный путь.

   - Сколько на ваших там? Пять уже? Ну, я за часок обернусь, тутнедалеко...

   За часок он обернется, и опять они будут вместе. В минуту новой разлукиИвановский почувствовал, как, в общем, неплохо ему было с этим тихимбезотказным парнишкой и как, наверно, нелегко будет теперь в одиночествепережить этот час. Разобщенность значительно ослабляла их силы. В действиевступала странная, попирающая математику логика, когда два, разделенное надва, составляло менее чем единицу, так же как в других случаях две вместесложенные единицы заключали в себе больше двух. Наверно, такое с трудомсогласовывалось с нормальной логикой и было возможно лишь на войне. Но чтоэто именно так, лейтенант слишком хорошо знал по собственному опыту.

   Боец готов был идти, но почему-то медлил, наверно, недоставало ещекакой-нибудь самой последней малости в их прощании. Ивановский знал, в чембыла эта малость, и он колебался. Появилась последняя возможностьзаглянуть в ту злосчастную деревню и еще раз попытаться узнать что-либо оштабе. Хотя бы в общих чертах, чтобы не с пустыми руками предстать передпославшим их генералом и хоть в какой-то степени искупить их досаднуюнеудачу с базой. Но он не мог не знать также, что малейшая неосторожностьПивоварова может обернуться сразу тройной бедой, навсегда покончив с их ибез того ничтожной возможностью исполнить свой долг и вернуться к своим.