Дожить до рассвета, часть 1

сказал, ободряюще повысив голос: - Готовьте группу, лейтенант. Вот с ним.Послезавтра доложите о готовности. Ясно?

   - Есть! - не произнес, а почти по-ребячески восторженно выкрикнулИвановский и, лихо козырнув, закрыл за собой дверь.

   Назавтра ему повезло меньше. Полковник, к которому он снова пришелпоутру, отправил его к какому-то майору Коломийцу, лейтенант прождал этогоКоломийца полдня, и когда наконец дождался и передал приказаниеполковника, тот тихо этак сразил его первой же фразой:

   - А где я возьму людей? У меня никого нет, остался один ездовой.

   Почувствовав, что опять все рушится, Ивановский не стал больше ничеговыяснять или доказывать, а, полный новой решимости, скорым шагомнаправился к высокому дому с красивыми ставнями. Конечно, его туда непустили, он затеял глупую и безуспешную ссору с невозмутимым часовым укрыльца и просто уже был в отчаянии, когда дверь в избу внезапнораспахнулась и на пороге появился сам генерал. Он не сразу узналвчерашнего лейтенанта, и тому пришлось снова назвать себя и дрогнувшимголосом сообщить, что с организацией группы ничего не выходит. Генералгневно сверкнул глазами, словно в этой неудаче был виноват сам Ивановский.

   - Как не выходит?

   - Нет людей, товарищ генерал. Полковник послал...

   - Зименькова ко мне! - бросил он кому-то, кто стоял у него за спиной, итот проворно скрылся в сенях, куда, ни слова больше не сказав, удалился игенерал. Ивановский остался стоять у крыльца один на один с часовым,который с молчаливым злорадством посматривал на него. "А все-таки непройдешь", - было написано на его физиономии. Но лейтенант уже не рвался вэту просторную избу. Он покорно прождал минут двадцать, пока на крыльце непоявился старший лейтенант в новом полушубке с маузером через плечо.

   - Идите к капитану Зименькову и получите людей. Завтра в тринадцатьноль-ноль генерал ждет с докладом о готовности группы.

   - Есть! - сказал Ивановский. Он не спросил даже, кто этот капитанЗименьков и где его искать, - пришлось разузнавать об этом у коноводов наулице. И действительно, к вечеру у него на руках уже был список из восьмибойцов и одного старшины; десятым в этом списке значился он сам.

   И лейтенант начал готовиться.

   Кроме людей, надлежало получить боеприпасы, бутылки КС, взрывчатку, дваметра бикфордова шнура. Четверо из девяти были в обтрепанных шинелишкахбез телогреек, нужно было их переобмундировать. Кто-то долго не хотелвыдавать маскхалаты (на накладной не было подписи старшего начальника); залыжами пришлось ездить в тыловую, за пятнадцать километров, деревню.Последнюю ночь перед выходом он едва прикорнул пару часов, поел только разза день, выстоял на трех инструктажах, но в тринадцать тридцать все-такипривел группу к высокому с красивыми ставнями дому. На этот раз егобеспрепятственно пропустили внутрь, и он с трепетной радостью доложил оготовности выполнить боевой приказ.

   Генерал закончил телефонный разговор и положил трубку. Как был в