Дожить до рассвета, часть 1

делал небольшие изгибы, выходя из-за которых лейтенант с предосторожностьюосматривался по сторонам. Но во рву и поблизости вроде никого не было;ребристые снежные суметы на дне лежали нетронутыми. Наконец стало слышноглухое урчание дизелей, пахнуло едва уловимым на морозе дымкомсинтетического бензина - они подошли к дороге. Ивановский высунулся из-заоголенного глинистого выступа на очередном повороте и тут же отпрянулназад. Совсем близко, в конце широкого разреза рва, промелькнулавтомобильный кузов, укрытый вздувшимся на ветру брезентом, потом еще иеще. Шла колонна автомобилей, в некоторых открытых машинах возле кабинбыли видны нахохлившиеся фигуры немцев в зеленых шинелях. Судя по всему,их здорово-таки пробрал русский мороз, и седоки не очень засматривались посторонам. Лейтенант сделал рукой знак замерзшему от напряжения Пивоваровуи по краю сумета взобрался на откос.

   Конечно, он был далек от того, чтобы надеяться на скорую удачу, наудобный для перехода момент, но все же такого упорного невезения он неожидал. Коченея на морозном ветру, он едва дождался, пока прогрохотали пошоссе машины, казалось, поблизости никого больше не было. Но едва онвысунулся из-за смерзшихся на бруствере комьев, как снова увидел невдалекенемцев. Их было трое, это были связисты. В то время как один, взобравшисьна столб, возился там с проводами, двое других с аппаратами сидели наобочине дороги - видно, налаживали связь. Из-за их спин торчали стволывинтовок, на земле лежали мотки проводов и какие-то инструменты. Правда,занятые делом, немцы не глядели по сторонам, но, разумеется, заметили быдвоих русских, если бы те под самым носом у них вздумали перебегать шоссе.

   Значит, опять надо было ждать.

   И лейтенант уныло лежал на мерзлых, присыпанных снегом комьях и неотрывал глаз от шоссе. Стало чертовски холодно, мерзли ноги, раненое бедроболело все больше, и эта боль все чаще отвлекала на себя внимание.Движение на шоссе уже несколько раз то возобновлялось с наибольшейплотностью, то несколько затихало, и тогда появлялся разрыв в километрили, возможно, больше. Раза два подворачивался более-менее удобный момент,чтобы перебежать на ту сторону, но немцы все еще возились со своей связью.Лейтенант три раза доставал увесистый кубик танковых часов, последний разпоказавший половину одиннадцатого. Связисты не уходили. Прошло полчаса,прежде чем тот, что сидел на столбе, наконец слез на землю, и лейтенантподумал, что теперь, возможно, они смоются... Но немец перешел кследующему столбу и, прицепив к ногам свои серпы-кошки, снова полез кпроводам. Втроем они о чем-то негромко переговаривались там, но ветеротносил их слова в сторону, и лейтенант не мог ничего расслышать.

   Так продолжалось бесконечно долго. Ивановский уже начал оглядываться посторонам, подыскивая в отдалении от этих связистов какое-нибудь болееподходящее место, как увидел, что возле двух немцев на обочине появилсяеще один. Откуда он взялся тут, было совершенно непонятно, наверно,скрытый от него холмом, сидел где-нибудь на дороге. Лейтенант почувствоваллегкий озноб: рискни он перебегать шоссе - и наверняка бы напоролся на