Волчья стая

непонятной опаской прошел мимо, подумав, что, наверно, отфорсилдесантничек. Да и эта Клава... Было время, когда Левчук посчитал бы засчастье проехаться с ней лишний километр по лесу, но не теперь. ТеперьКлава его не интересовала.

   Вот же чертово это ранение, сколько оно задало ему забот и, судя повсему, еще не меньше задаст впереди! Близкий свет эта Первомайскаябригада, попробуй добраться до нее через фашистскую осаду, мало чторазведка сказала: дыра! Еще неизвестно, какая и куда там дыра, поеживаясьот ночной сырости, сам с собою рассуждал Левчук. Лучше бы он не отдавалКиселю пулемет и совсем не появлялся в этой санчасти.

   Левчук уже собрался было поругаться с начальством и вернуться в роту,наверное, ротный бы не прогнал и он бы снова стал воевать вместе сдругими, чем переться неизвестно куда и зачем. Но когда он вознамерилсязаявить о том, заявлять уже было некому. Начштаба пошел прочь, в кустахпрошуршала и стихла его плащ-палатка, а Пайкин еще раньше исчез в темноте,Рядом, постебывая хвостом по оглоблям, стояла лошадь, возле которой,прилаживая сбрую, топал ездовой Грибоед да, тихонько всхлипывая, ждала встороне Клава, и Левчук, не обращая ни на кого внимания, выругался:

   - Подсуропили, начальнички! Ну ладно же, трясцу вашей матери!

  

  

  

  

  

  

  

   В сплошной темноте они ехали по лесу. Временами повозка едва неопрокидывалась на каких-то ямах и выворотнях, ветви кустарника нещадноскребли по телеге и стегали по седокам. Нагнув голову и оберегая поднакинутой телогрейкой плечо, Левчук перестал уже и понимать, куда ониедут. Хорошо, что Грибоед, кажется, знал местность и не спрашивал дорогу,лошадь с немалым усилием тащила повозку - думалось, едут правильно. Еще неотойдя от своей злости, Левчук молчал, слушая, как погромыхивает вокруг ибольше всего сзади; иногда где-то загоралась ракета, и ее далекий дрожащийотсвет долго мерцал на верхушках деревьев, подсвечивая и без тогосветловатое летнее небо.

   Кое-как продравшись сквозь чащобу кустарника, они наконец выехали налесную дорожку. Повозка пошла ровнее, и Левчук уселся удобнее, слегкапотеснив неподвижно лежавшего рядом десантника. Похоже, тот спал или былбез сознания, и Левчук тихонько потянул за ствол его автомат, которыймешал в телеге и ему и раненому. Но только он потянул автомат сильнее,Тихонов залапал подле себя рукой и цепко ухватился ею за шейку приклада.

   - Н-не... Не трожь...

   "Чудак! - удивленно подумал Левчук, сделав вид, что автомат его неинтересует. - И чего он за него держится?.."

   По правде говоря, Левчук был не прочь завладеть этим автоматом, потомукак чувствовал, что скоро тот ему очень понадобится. В этой дороге вряд лиможно было избежать встречи с немцами, а у него был лишь парабеллум сдвумя пачками патронов в запасе, да у Грибоеда торчала за спиной винтовка.Возможно, еще был какой-нибудь браунинг у Клавы - в общем, очень немного