Волчья стая

   - Может, с километр проехали, - тихо отозвалась сзади Клава. - О, боже,я уже не могу...

   - Треба назад, - сказал ездовой. - А то и коня утопим, и этого. Да исами. Тут окна есть - ого! По голову и еще останется.

   Левчук растерянно вытирал рукавом лоб и молчал. Он сам не знал, кактеперь быть, куда податься: вперед или назад? Да и сил почти уже неосталось ни у лошади, ни у людей: все до конца вымотались. Действительно,чем так выкладываться, подумал Левчук, может, лучше попытаться проскочитьчерез гать?

   - Стойте! - немного отдышавшись, сказал он. - Я посмотрю.

   Он снова полез в болото, стараясь как можно меньше плескаться в воде, ив одном месте так провалился в окне, что едва не скрылся весь, с головой.Все же кое-как удержался, ухватившись за кочку, но кочка, все ниже оседаяв воду, оказалась плохой опорой, и он понял, что долго на ней неудержится. Тогда он резко отпрянул в сторону, к травяным зарослям, гдеоказалось помельче, и побрел, как он думал, не поперек, а вдоль по болоту.Теперь он уже не думал о том, как одолеть это проклятое болото. Теперь быне утопить лошадь и не утонуть самому. Действительно, тут начиналась,пожалуй, самая глубь, прогалы воды стали шире, меньше стало травы, лоза иольшаник совсем исчезли. Тут уже кстати была бы лодка, а не лошадь сповозкой, и Левчук в который раз выругал себя за опрометчивость. Какнелепо все получилось, обеспокоенно думал он, наверно, придется выбиратьсятем же путем назад.

   С этой еще окончательно не оформленной мыслью он качал пробираться кповозке, одиноко застывшей посреди болота с двумя фигурами возле. Онитерпеливо дожидались его, но скоро должно было начаться утро, а утром имна голом болоте не место.

   Но Левчук еще не дошел до них и ничего не придумал, как недалеко в ночистремительным эхом прокатился по лесу выстрел. Через секунду ему ответилвторой, дробным треском рассыпалась пулеметная очередь, глухо и важноахнул миномет, и мина, звонко пропев в самой высоте неба, лопнула где-то влесу. И тут началось - загрохотало, завизжало, заахало, удивительно,откуда что и взялось в этой сонной туманной ночи.

   Они все замерли там, где стояли. Левчук, разинув от удивления рот,впился в ночь, стараясь что-то понять или увидеть в ней, но в затуманенномполумраке ничего не было видно. И тут он почти содрогнулся в торжествующейзлой догадке.

   - На гати, ага?

   - На гати, - уныло подтвердил Грибоед.

   И они стояли, раздавленные сознанием внезапной беды, обрушившейся надругих, и почти почувствовав, как просто эта беда могла обрушиться на них,четверых. Но они вот избежали ее, а каково сейчас тем, кто попал под этотогонь? Слушая стрельбу, все думали: кто кого? Но тут, наверно, нечего былои думать: стреляли немцы, весь огонь шел с той, их стороны. Опять же иминометы - в отряде минометов не было. Значит, кто-то все-таки неудержался от соблазна проскочить по гати, понадеявшись на разведку, итеперь вот расплачивается. Теперь там невесело.

   И Левчук, знобко ежась от стужи или от осознания своей неожиданной