Волчья стая

чем занимались сотни лет до войны, и в тот день копали картошку. Копал ееи Калистрат Грибоед с женой, престарелой матерью, им помогали дети -старшие Галя и Володька; Шура и самая меньшая Манечка грелись возлекостерка на меже - пекли картошку. Грибоед спешил, оставалось копатьнемного, как вдруг, распрямившись, увидел на краю ольшаника человека,который молча махал рукой - звал его подойти.

   Грибоед бросил в корзину картофелину и оглянулся. Жена, сосредоточенноперебирая руками землю, ничего не замечала вокруг, и он, широкоперешагивая через борозды, пошел к опушке.

   Спрятавшись за молодой сосенкой, незнакомец ждал. Это был обросшийбородкой, еще не старый человек в военном бушлате с немецким автоматом вруке. Он расспросил Грибоеда о немцах, полиции и попросил помочь -невдалеке за болотцем остались его товарищи, двое из них ранены и самиидти не могут. Кроме того, им надо где-то укрыться на время. Грибоед всепонял и, ничего не сказав, вернулся на поле, запряг кобылку и поехал подорожке в ольшаник. Тут к нему подсел тот военный с немецким автоматом вруках.

   Они отъехали недалеко, военный показал место в еловой чаще возледороги, где ждали его товарищи. Их было трое - двое тяжело раненных,которые сами идти не могли, и молоденький курносый боец с нежным пушком нащеках, по имени Веня. Они перенесли раненых в повозку и, когда стемнело,приехали к Грибоеду на усадьбу.

   Три недели раненые - полковник-танкист и политрук - лежали в избе,бабы, как могли, ухаживали за ними, однажды Грибоед привозил из местечказнакомого фельдшера, хорошо заплатил ему, и фельдшер оставил какое-толекарство, которым сказал присыпать раны. Лекарство оказалось хорошее,раны неплохо заживали, хотя и не так скоро, как хотелось бы раненым. Ихздоровые товарищи - Терехов с Веней - часто отлучались с усадьбы и понескольку дней не ночевали дома. Они ничего не рассказывали хозяину, но онзнал - искали партизан.

   Все обходилось более-менее благополучно, постепенно полковник началподниматься с кровати и прохаживаться по избе, политрук пока еще тольконачинал садиться в постели, как на Выселки заявилась полиция.

   Правда, Грибоед заметил опасность вовремя, раненых наспех забросалитряпьем в запечье, и когда два полицая зашли в избу, посторонних в ней небыло видно. Чтобы задобрить полицаев, Грибоед сунул им бутылку самогона,жена достала из кубла кусок сала, и довольные бобики смылись похмеляться.Однако, похмелившись, они продолжали облаву и, отъезжая в местечко, увезлис собой трех незнакомых, обнаруженных в Выселках, их хозяев забрали тоже.Вечером, когда вернулись домой Терехов с Веней, они все недолго совещалисьи решили в ближайшее время переселиться в лес.

   За ольшаником по соседству с усадьбой вырыли землянку, тщательно укрылиее мхом и лапником и так замаскировали, что в десяти шагах невозможно былоугадать, где тут землянка. Внутри поставили склепанную из жести печурку,хорошо натопили ее и в ночь под Октябрьские праздники переправили тудараненых. Правда, долгое время просидеть там безвылазно было невозможно,надо было заботиться о пище, одежде, и по ночам военные наведывались к