Волчья стая

и осотом.

   - Куда это ты нас привел? - остановился Левчук. - Где же тут люди?

   - Чекай, чекай! Ходи сюды.

   Грибоед расторопно припустил куда-то краем деревни, они перешлинеглубокий овражек возле кустарника, выбравшись из которого сразу увиделималенькое, в две постройки, гумно на пригорке возле ольшаника.

   - Ну во! Бачыли? Там она собирала что-то. Зелки какие или что.

   - Так, тихо. Побудьте тут, - отстранил ездового Левчук и сам скорымшагом пошел к гумну.

   Из ольшаника выбегала, наверно, грязная по весне, а теперь сильноусохшая корявая дорожка, которая, немного не достигнув гумна, сворачивалав сторону бывшей деревни. Свежих следов на ней не было, но эта дорожка непонравилась Левчуку, и он, прежде чем перейти ее, осмотрелся. Из двухпостроек гумна ближе к дороге стояла поветь с остатками прошлогоднейсоломы в одном конце. Дальше был старый, покосившийся ток с продраннойкрышей, в дырах которой, будто ребра, торчали латы и стропила. Левчукпоодаль обошел кучу камней на углу, заросли густого малинника у стены иоказался с той стороны, где находилась дверь. Дверь была прикрыта, ипоблизости никого не было. На верху яблони-дичка, росшей на краю ржи, тихораскачивался большой старый ворон, который, повернув голову, настороженнопосмотрел на него. Левчук взмахнул рукой, но ворон даже не моргнул глазом,и только когда Левчук двинул с плеча автомат, тот лениво взмахнул крыльямии нехотя полетел в сторону деревни.

   Нигде никого не увидев, Левчук тихонько приоткрыл одну половинку двери.В току стоял сумрак, пахло гнилой соломой и пылью; над головой с тихимписком прошмыгнули две ласточки, наверно, тут были их гнезда. Левчук ширераспахнул дверь и переступил порог.

   Нет, похоже, Грибоед не ошибся, когда говорил про женщину, -действительно, в этом току кто-то жил.

   Под стенкой на охапке слежалой соломы была расстелена старенькаядерюжка, валялись какие-то лохмотья, тут же стояла кадушка для воды, виселкожушок на стенке. На чисто подметенном земляном полу у двери ровно стояликожаные бахилы с обрезанными голенищами. Темные стены светилисьмногочисленными щелями между бревен. Слева от входа была еще однанизенькая дверь, наверно в овин, там же, косо прислоненная к стене, стояласколоченная из палок лестница.

   Левчук подождал, послушал и тихонько окликнул:

   - Эй! Есть кто живой?

   Никто не отозвался, наверно, в току никого не было. Но рано или позднодолжен же кто-то сюда прийти, если живет тут, подумал Левчук и вышелнаружу. Грибоед с Клавой напряженно смотрели на него из кустов.

   - Давай сюда! - махнул он здоровой рукой.

   Когда те подошли, он широко распахнул дверь - заходите! - и Клаваподбитым шагом, хватаясь за дверь, первой вошла в ток. Окинув пугливымвзглядом это мрачное людское пристанище, она увидела на полу дерюжку исразу обессиленно опустилась на нее.

   - Ну вот! Отсюда уже никуда не пойдем, - сказал Левчук. - Но где же