Волчья стая

  

  

  

  

  

  

  

   Очередной раз ткнув в казанок протиркой, Левчук почувствовал, как тадолезла до дна, и сказал Грибоеду отцедить - самому с одной рукой сделатьэто было неловко. Грибоед прикрыл казанок полой шерстяного, наверно,когда-то шикарного, с кантами мундира и опрокинул его над травой. Воды тамоказалось немного, он дождался, когда она выльется вся до капли, ипоставил казанок на огонь:

   - Хай посохнет.

   - Что там сохнуть! Неси в ток, есть будем.

   Грибоед опять взял казанок, из которого валил пар, Левчук раскрыл дверитока. Задремавшая было Клава с маленьким белым свертком в руках очнуласьот шума и слабо, как показалось Левчуку, улыбнулась одними губами.

   - Давай есть будем! Вот бульбочка свежая. Наверно, свежей не ела в этомгоду?

   Она сделала попытку приподняться, и Левчук ей помог, подвернул подспину соломы, подмял от стены кожушок. Не выпуская из рук малого, Клавакое-как устроилась, поправила на лбу волосы.

   - Спить? - спросил Грибоед, подвигая к ней казанок.

   - Спит. Что-то все спит и спит, - сказала радистка с некоторою дажетревогой в голосе.

   - Ничего. Пускай спить. Буде, значит, як батька, спокойный.

   - Спасибо вам, дядька, - покорно сказала Клава.

   - Нема за что. Конешне, якая баба, может бы, лепей управилась...

   - А и ты неплохо, - сказал Левчук. - Ни крику, ни плачу.

   - Тэта не я. Што я? Тэта яна во.

   Они вдвоем, обжигая пальцы, начали доставать из казанка горячиекартофелины, а Клава покойно сидела, откинувшись к стене с малым подрукой. Левчук, взглянув на нее, сказал:

   - Ну ешь. Чего ты?

   - Там, в сумке, лонжа была, - сказала она.

   И он, вытащив из-под Клавы тощую немецкую сумку, порылся в еесодержимом.

   - Ложка - вот, на.

   - И фляжечка там. Достань уж. Ради такого случая.

   - Фляжка? Ого! Го-го! - не сдержался Левчук и действительно вскореизвлек из сумки белую алюминиевую флягу, в которой что-то тихонькоплеснулось. - Самогон?

   - Спирту немного. Держала все...

   - Ох ты, молодчина! - проникновенно сказал Левчук. - Дай тебе богздоровьечка, малому тоже. Грибоед, как, киданем?

   - Ды ужо ж, коли такое дело, - смущенно ответил Грибоед, и глаза егокак-то по-хорошему блеснули в пестрых от множества теней сумерках тока.

   Они охотно и с некоторой даже торжественностью выпили разведенного вофляге спирта: сначала Левчук глотнул, выдохнул, сделал небольшую паузу исо смаком закусил картофелиной. Флягу передал Грибоеду, который спервапоморщился, сделал небольшой глоток, поморщился больше - всеми частямисвоего обвялого, без времени состарившегося лица.

   - А хай на его! Ужо самогонка лепей.