1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Афганец

С этой мыслью Ступак и стоял в строю, слегка задумавшись, так что не заметил, как речь перешла на афганскую тему, и аж вздрогнул, когда тот, поглядывая в его сторону, сказал:- Вон пусть скажет Саша Ступак, он участник, отмеченный наградами. На своих плечах вынес груз дружбы с братским афганским народом....Чувство восхищения кольнуло Ступака - глянь ты, он знает! Знает про Афган, даже называет меня по имени, чего не случалось со Ступаком даже в армии, даже в Афгане. Необычайный, удивительный человек, смешавшись, думал Ступак. Не сказать, однако, что эти слова очень уж обрадовали его,взволновали, это точно. И он, задумавшийся, пошел в курилку, когда все закончилось, а строй распустили. Он никому не мог рассказать про свое впечатление от этой встречи, да тут никто об этом не говорил ничего, все молчали, только внимательней приглядывались один к одному, словно молча спрашивая, ну, что? Ну, как? Молчаливые вопросы без ответов.Неожиданно наступил момент, о котором Ступак столько раз думал когда-то, к которому все время невольно готовился. Случилось это, как и многое в его жизни, неожиданно, спонтанно, самым роковым образом.Утром, еще до завтрака, к их лесному жилью подкатили сразу три черных "лендровера" и они шустро, как мыши в нору, вскочили внутрь в своем пятнистом камуфляже с новенькими, еще пахнущими смазкой, "узи". Под командой незнакомого подполковника в кожаном пальто быстро подъехали к проходной номерного завода на городской окраине, еще недавно именовавшемся "почтовым ящиком", сразу въехали во двор и выгрузились около заводоуправления. Здесь живо разбежались двумя шеренгами поперек ступеней, создав неширокий, но и не узкий коридор к дверям, застыли. Другие, что приехали раньше, были уже внутри. Все молчали, но Ступак понимал, они обеспечивали приезд самого. Ступак свободно стоял на второй снизу ступеньке и думал, что то, о чем он столько думал, наконец, стало реальностью. В конце концов, он дождался возможности, к которой так долго стремился. Рожок полон патронов, автомат на груди в полной готовности. Не хватало только последней капли решимости. Но почему ее не было? Неужели, что-то им потеряно или появилось что-то новое?Что-то он все-таки не успел додумать, чтобы окончательно решиться, как к ступенькам стремительно подлетел "Мерседес" с мигалкой, за ним второй такой же. Из них бодро повыскакивали люди в масках, разбежались вокруг по заводскому двору. Тогда подъехал и третий автомобиль, грузный, должно быть бронированный "Кадиллак", из которого легко выскочил он. На этот раз он был в темном, хорошо выутюженном костюме, с длинным, до пупа, галстуком, бросил быстрый, даже хищный взгляд в одну, потом другую стороны, словно проверяя, на месте ли его охрана и обеспечена ли его безопасность. Его твердое властное лицо теперь несло несокрушимую суровость. Тем же взором он окинул застывшую охрану и, показалось, задержался на усатом, как у самого, лице Ступака. Ступак нечаянно двинул рукояткой автомата, поворачивая его в сторону. Тотчас тревожно сдвинулись брови, но более - ничего. Ступак обмер, а тот пружинисто перескакивая через две ступеньки, вмиг оказался около дверей, где его уже ждала небольшая группа в штатском и масках. Они вместе скрылись за дверьми внутри, Ступак расслабил напряженные мускулы и, наконец, выдохнул.Обе шеренги продолжали стоять на ступеньках, но былое напряжение прошло, можно было расслабиться. Что-то было непонятно Ступаку - как-то обидно, но он не мог разобраться, почему? В одном он был теперь уверен киллер из него пока что не получился, и, удивительно, ему вроде бы полегчало. Словно он спас кому-то жизнь. Может, и свою собственную. Магазин его "узи" остался целым, его следовало беречь и применять только в крайнем случае. Но где же он, этот самый крайний случай, и кто будет это определять? Наверняка не он. С удовлетворением Ступак чувствовал, что раз и навсегда потерял свои личные права, ими уже распоряжаются другие.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28