Альпийская баллада, часть 1

рот.

   Иван, бережно взяв хлеб, повертел его в руках, будто рассматривая,исподлобья тайком взглянул на буханку и начал старательно разламыватькусок на две части. Затем, как бы взвесив на ладонях, одну половинупротянул ей. Она не отказалась, усмехнулась и быстро взяла:

   - Данке. Нон, грацие - спасибо!

   Жадно жуя, он не ответил на ее благодарность.

   Они полезли дальше. Девушка также молча начала есть, но хлеба былоочень мало, крохотные кусочки его лишь раздразнили их аппетит, и вскореДжулия резко обернулась к своему спутнику:

   - Руссо! Давай все-все манджаре! [кушать (итал.)] Си?

   Глаза ее в веселом прищуре загорелись прежней озорной живостью, пальцывпились в начатую буханку, готовые разломать ее, и Иван испугался,почувствовав, что она действительно раскрошит этот их более чем скудныйзапас. Он схватил ее за руку:

   - Дай сюда!

   Джулия удивленно повела бровями, а Иван выхватил у нее хлеб и быстрозавернул в тужурку. Девушка сперва смутилась, а потом вдруг рассмеялась.Он недоумевающе посмотрел на нее:

   - Ты что?

   - Руссо правильно! Джулия нон верит хляб. Слово верит, любов верит.Хляб нон верит Джулия. Джусто - правилно, руссо!

   Смеясь, она подошла сзади к Ивану и легонько коснулась ладонью еголопатки. Ощутив ее неожиданную ласку, он неловко повел плечами.

   - Ладно, - буркнул Иван, намереваясь идти дальше, но в это времяраскатисто прогремел далекий винтовочный выстрел. Они оглянулись и застылина камне - снизу, откуда-то со стороны усадьбы, донеслись крики, сразу жезатрещали "шмайсеры" - над ущельем загремело, загрохотало эхо. Иван сжался- он напряженно вслушивался, не прорвется ли оттуда знакомый, ненавистныйлай. Но лая не было. Пули в расселину не залетали, очереди трещалипочему-то далеко в стороне, и это немного удивило Ивана. С полминутыпослушав, он бросил тужурку на камни и по выступам и трещинам в скале,цепляясь за кусты, полез наверх, чтобы выглянуть из расселины.

   Очереди трещали, гремели, вверху со свистом проносились пули, в грохотепальбы уже был слышен далекий треск мотоциклов. Джулия, запрокинув голову,напряженно слушала и следила за Иваном, который добрался почти до серединыкрутой стены. Оглянувшись на выход из расселины, он пролез еще немного и,вобрав голову в плечи, замер, увидев вдали усадьбу и мотоциклистов.Подхватив тужурку, Джулия скинула клумпесы, что-то крикнула, но он будтоприлип к скале и не мог оторваться от зрелища, краешек которогоприоткрылся ему с высоты.

   В редком ельнике перед усадьбой метались в траве три мотоцикла,пулеметы которых торопливо били куда-то вверх. Где-то, видно пробуяпрорваться выше, трещали еще несколько мотоциклов, но их не было видноиз-за выступа скалы. Было ясно, что огонь и все свое внимание немцынаправили в сторону от этой расселины: темп стрельбы свидетельствовал отом, что они видели цель.

   Поведение немцев вызвало смутную догадку. Иван подвинулся немного в