Альпийская баллада, часть 1

клочья облаков преобразились и ослепительной белизной засияли на склонахгор; по скалам и безднам быстро помчались черные лоскутья теней и,чередуясь с ними, яркие пятна света. Ветер, не утихая, рвал Ивановукуртку, надувал штаны. Джулия подняла кожаный воротник тужурки. Онивзобрались выше. Освещенные солнцем, отчетливо стали видны черная щельрасселины, каменные косогоры, на одном из которых, отбросив длинную тень,стала видна торчащая ребристая скала.

   Иван взглянул вниз и остановился: на том месте, где они сидели недавно,топтался безумный гефтлинг.

   - Гляди ты - привязался.

   - Трачико человек, - сказала Джулия. - Пикатто - жалко!

   - Чего жалеть? Сволочь он.

   - Он хочет руссо идет. Но руссо безе. Он бояться.

   - И правильно делает, - коротко заметил Иван.

   Он двинулся дальше, мысленно отмахнувшись от сумасшедшего, хотя иметьсзади такой хвост было не очень приятно. Но что поделаешь с больным - иотогнать не отгонишь, и убежать некуда. Придется, видно, потерпеть так доночи.

   - Иван, - сказала девушка, делая ударение на "и". - Ты не имель злоДжулия?

   - А чего мне злиться?

   - Ты нон безе?

   - Можешь не бояться.

   - Нон бояться, да? - улыбнулась она.

   - Да.

   Однако улыбка скоро сбежала с ее усталого лица, которое сталососредоточенным, видимо отразив невеселый ход ее мыслей.

   - Джулия руссо нон бояться. Джулия снег бояться.

   Иван, идя впереди, вздохнул: в самом деле, снег и такой скудный запасхлеба все больше начинали беспокоить его. Он подумал уже, что надо было улесника прихватить еще что-нибудь и обязательно обувь - ведь с голыминогами было более чем глупо лезть в такой снег. Хотя, как всегда, хорошиемысли появлялись слишком поздно. Вначале они, конечно, не думали, чтодоберутся до снежных вершин, тогда счастьем казалось ускользнуть отоблавы. И так спасибо австрийцу - если бы не он, хлеба у них не было бы.Иван быстро шел по тропке, сбоку по косогору волочились, мелькали дведлинные, до самого низа, тени. Утешать, уговаривать спутницу он не хотел,только сказал:

   - Куртка у тебя есть. Чего бояться? Манто не жди.

   Девушка вздохнула и, помолчав, вспомнила с грустью:

   - Рома Джулия много манто имел. Фир манто - черно, бело...

   Он насторожился и замедлил шаг:

   - Что, четыре манто?

   - Я. Фир манто. Четыре, - уточнила она по-русски.

   - Ты что, богатая?

   Она засмеялась:

   - О, нон богата. Бедна, Политише гефтлинг.

   - Ну не ты - отец. Отец твой кто?

   - Отэц?

   - Ну да, фатер. Кто он?

   - А, иль падре! - поняла она. - Иль падре - коммерсанте. Директорефирма.

   Он тихо присвистнул - ну и ну! "Не хватало еще, чтобы этот фатер