Альпийская баллада, часть 2

опечаленный невеселым воспоминанием, тихонько зашагал дальше.

   Да, голодали, и не только в тридцать третьем. Спасала обычно картошка,но и ее не всегда хватало до новой. После смерти отца в семье осталосьчетверо детей. Иван старший. Он вынужден был растить с матерью ребят,кормить семью. Ой, как нелегко это досталось ему!

   Он задумчиво шел, поглядывая вниз, где мелькали в траве сизые колодкина ее ногах и тихо шевелились, плыли на ходу две короткие тени. Джулия,однако, начала отставать, он почувствовал какую-то перемену в еенастроении, но не оглядывался.

   - И Сибирь биль? Плохой кольхоз биль? - с каким-то вызовом в неожиданнопохолодевших глазах заговорила девушка.

   Почти в испуге он остановился и внимательно посмотрел на нее:

   - Ты что? Кто тебе сказал?

   - Один плехой руссо сказаль. Ты хочешь сказаль. Я зналь!..

   - Я?

   - Ти! Говори!

   - Ничего я не хочу. Что я тебе скажу?

   - Ну, говори: Джулия нон правда. Джулия ошибалась!

   Он смотрел на девушку - лицо ее стало злым, глаза остро блестели, еенедавнее расположение к нему исчезло, и он напряженно старался понятьпричину этой ее перемены, так же как и смысл ее неприятных вопросов.

   - Ну говори! Говори!

   Видно, действительно она что-то уже услышала, возможно, в лагере, аможет, еще в Риме. Но он теперь не мог ничего объяснить ей, он уже жалел,что упомянул про голод.

   - Биль несправьядливост? - настойчиво спрашивала Джулия.

   - Какая несправедливость? О чем ты говоришь?

   - Люди Сибирь гналь?

   - В Сибирь?

   Он испытующе вгляделся в ее колючие глаза и понял, что надо или сказатьправду, или что-то придумать. Однако лгать он не умел и, чтобы разомпрекратить этот разговор, неласково буркнул:

   - Когда раскулачивали - гнали.

   Джулия с горечью закусила губы.

   - Нон правда! - вдруг крикнула она и будто ударила его взглядом -столько в ее глазах было горечи, обиды и самой неприкрытой враждебности.

   - Нон правда! Нон! Иван - Влясов!

   Она вдруг громко всхлипнула, прикрыла руками лицо. Иван испуганноподался к девушке, но она остановила его категорическим гневным: "Нон!" -и побежала по склону в сторону. Он стоял, не зная, что делать, и лишьрастерянно смотрел ей вслед. Мысли его вдруг спутались. Он почувствовал,что произошло что-то нелепое, недоговоренное и дурное, но как исправитьэто - не знал.

   Джулия добежала до голого взлобка, взобралась на него и, скорчившись,подогнула колени. На него она даже и не взглянула.

   "Ну и ну! "Власов"!" - ошеломленный, сказал себе Иван и, вздохнув,затоптался а траве. Казалось, он действительно совершил что-то плохое,опрометчиво разрушил с таким трудом налаженное и нужное ему согласие с ней- от сознания этого все в нем мучительно заныло, увяла недавняя тихая