У тумане

   - Нужна повозка. А так, конечно...

   Все размышляя о чем-то, он вглядывался вперед, в затуманенный проемузкой зарастающей просеки, с одной стороны которой высилась стенагладкоствольных сосен, а с другой и пониже кудряво зеленел молодой, сеянныйрядами сосняк. Сосенки еще не выросли и наполовину, но все густо стремилисьвверх, образовав непролазную чащу. Наверно, там можно было укрыться -другого убежища в этом сквозном бору поблизости не было.

   Только они взялись поднимать Бурова, как вдали снова забахало, да такгусто и часто, что они недоуменно застыли. Несколько долгих минут врастерянности слушали, потом Войтик скомандовал:

   - Давай быстро туда, в сосняк!

   Вдвоем, задыхаясь, торопливо перенесли раненого на край чащи и,раздвигая плечами ее колючие недра, продрались еще шагов на двадцать. Тут всамом деле было укрытно и тихо; обнаружив небольшую прогалинку, опустили намелкую травку измученного Бурова.

   - Где это... стреляют? - тихим голосом спросил тот, не поднимая темных,запавших век.

   - А черт их знает! - в сердцах бросил Войтик. - Где-то в той стороне.

   - В Бабичах?

   - Может, и в Бабичах. Но ты лежи. Вот расстараемся повозку, отвезем.

   - Расстараетесь... - неопределенно проговорил Буров и опять обессиленнонадолго затих.

   Они молча уселись с двух сторон от него, напряженно вслушиваясь влесные звуки. Но здесь ничего не было слышно. Тихо посвистывая ветвями,шумел на ветру сосняк да поблизости начала стрекотать сорока. Хоть бы ненавела сдуру кого на эту полянку, опасливо подумал Войтик. Они уже порядкомнабродились по лесу, да и времени, наверное, прошло немало. В этот короткийдень, знал Войтик, не заметишь, как утро перейдет в вечер. Наверно, надобыло воспользоваться остатками дня и что-то предпринять для Бурова, а то втемноте да на незнакомой местности очень просто нарваться на беду. Надо былоидти доставать повозку. Кто только пойдет?

   - Сущеня, - сказал Войтик, - ты тут знаешь, где что. Где село, знаешь?

   Сущеня озабоченно посмотрел в сосняк, послушал, прикинул.

   - Так Бабичи там где-то. Под пущей.

   - Это там, где стреляли?

   - Ну.

   - Тогда дуй за повозкой, - сказал Войтик. Сущеня поднялся, помедлил,вроде хотел что-то сказать на прощание. Но не успел он, пригнувшись, шагнутьв сосновую чащу, как его остановил Войтик.

   - Нет, подожди. Пойду я, - решил он. - А ты сиди тут. Карауль.

   - Хорошо, - послушно ответил Сущеня, опять усаживаясь у ног Бурова,возле разлапистой, с обвисшими ветвями сосенки.

   Войтик тем временем стал собираться в дорогу: подобрал с земли карабинБурова, закинул его за спину, взял в руки винтовку, глубже надвинул наголову свою черную кепку и подтянул ремень с кобурой. Он уже ступил было вчащу, как сзади подал голос Буров:

   - Граната... А где граната?

   Вялыми руками раненый ощупал опавшую грудь и притих в неподвижности.