У тумане

четвереньках сунулся в его полумрак. В самом деле, тут было сухо и почтиуютно, под коленями мягко прогибался слой сена со мхом. Ощутив внезапнуюусталость, Войтик немного отполз от входа и прилег на бок. Он не хотел тутночевать, разве отдохнуть немного, может, переждать дождь. Опять же, надобыло решить, куда направиться дальше. Пока совсем не стемнело, может,вернуться к Бурову? Или лучше дождаться утра, вдруг подумалось Войтику.Утром лучше соображает голова и всегда предпочтительнее начинать всякоедело. Утром да еще в первую четверть месяца, на молодик, как некогдаговорила мать. Правда, тогда Войтик довольно скептически относился кприметам и правилам матери, неграмотной крестьянской женщины, почти достарости прожившей на хуторе, не знавшей ничего, кроме обычной крестьянскойработы, забот о земле, скотине - того, чем она занималась годами. И только,может, сейчас, потеряв ее и сам вдоволь натерпевшись на войне, Войтиквременами возвращался в мыслях к прожитым до войны годам, вспоминал мать ивынужден был сознаться, что понимала кое-что в жизни и людях его неграмотнаястаруха. К сожалению, ее немудрящие знания и опыт мало согласовывались сбеспокойным характером века, которому, как видно, нужны были иные знания ииной человеческий опыт.

   Шум леса сливался с тихим шуршанием дождя в жестких ветвях шалаша.Сквозь дыру рядом мелко и часто капало, противоположная сторона крыши давноуже промокла, только в этом углу под толщей елового лапника пока было сухо.Войтик свернулся на боку, зажал между колен карабин и притих, отдаваясьсвоим невеселым мыслям. Хотелось есть, но со вчерашнего дня в его карманахне было ни корки, последний кусок хлеба он сжевал по дороге на станцию. Вживоте давно голодно урчало, сонная усталость все больше завладевала телом.Конечно, весь сегодняшний день их настигали неудачи, все выходило не так,как следовало, не хватало ему вдобавок еще и заблудиться в этом лесу. Агде-то его напрасно ждет Буров (если ждет только) да этот Сущеня... Еслирассудить здраво, то за подводой, конечно, следовало послать Сущеню, тотлучше знал, где какая деревня. Но как можно было довериться в таком делеСущене? Поэтому вынужден был пойти сам, думал, так будет лучше. Но лучше неполучилось... Возможно, однако, утречком он что-нибудь придумает. Придуматьчто-либо путное он умел с детства, люди иногда говорили, что Войтик - пареньс головой и смекалистый. Другое дело, что порой ему недоставало твердости,мужской самоуверенности, но тут уж не его вина, наверное, таким родился. Онзнал это давно, завидовал другим, твердым и решительным. Бывало, всегда свосхищением и завистью наблюдал за некоторыми руководителями в районе,наделенными твердым характером и хлесткой решительностью в их суматошныхделах, которые они вершили с ходу, легко и красиво. Он так не умел. Он мучалдругих и сам мучался, но иначе не мог.

   В годы проведения сплошной коллективизации несгибаемая воля была,может, главнейшим качеством характера каждого руководителя в районе, толькоона приносила успех. И если Войтик с огромными трудностями, ценойнедосыпания, изматывающих выступлений и уговоров, обещаний и даже угрозкое-как сколотил за зиму четыре маломощных колхоза, то его начальник,